Биология

Где любовь?

Всякое рассуждение о любви уничтожает любовь.

Л. Толстой.

Применение экономики или математики для описания взаимоотношения полов может показаться кощунственным. Поначалу кажется, что это отрицает любовь. Но это совсем не так - скорее, это объясняет любовь

Математика безличностна, абстрактна и не разумна. Разум может постичь те или иные правила и найти математические зависимости, чтобы научиться предсказывать действия законов природы. Любая наука стремится не только объяснять причины, но и предсказывать. Если бы человек владел лишь математикой Ньютона, то этого бы хватало, чтобы предсказать точное время падения камня в безвоздушном пространстве. Знание законов гидродинамики позволяет предсказывать время падения камня уже в атмосфере. Знание законов гравитации и теории относительности позволяет предсказывать и планировать траектории межпланетных станций.

Но человеку не нужно проводить головоломные математические вычисления, чтобы вовремя протянуть руку и поймать падающий камень. Мы не «зависаем» с блокнотом и калькулятором, чтобы понять, как и когда стоит уклониться от летящей в нас палки. Набор древних систем внутри нас позволяет решать подобные сложные математические задачи на бессознательном уровне. Эти древние системы расчетов можно найти у любого живого существа, которое взаимодействует с окружающей средой на достаточно сложном уровне.

Животные, в отличие от человека, не способны к предсказанию будущего. Вернее, так: степень развития интеллекта зверя определяет его способности к предсказанию. Но он может действовать инстинктивно, создавая своей активностью ситуации, которые будут для него благоприятны в будущем. Именно так человек ловит мяч. Его древние системы перемещают тело человека и придают ему позу, требуемую для выполнения задачи. Точно так же белочка собирает осенью орешки и рассовывает их по дуплам. Она не осознает того, что скоро зима и не пытается даже запомнить, куда сложила орешки. Просто зимой она начнет искать орешки там, где их можно было бы сложить. Разумеется, ту же самую активность можно совершать, используя разум. Причем, делать это эффективнее. Прятать в места, которые запоминаешь. Охранять эти места от воров и собирать не всю осень, а столько, сколько нужно, чтобы перезимовать. Потому разум возник и закрепился в наследственности – он дает серьезные преимущества в выживании, так как позволяет более точно прогнозировать будущее.

Поэтому, чтобы быть в меру успешным на сексуальном рынке, не нужно знать все законы экономики, маркетинг, владеть бизнес-анализом и совещаться с самим собой по каждому принимаемому решению. Живые существа научились размножаться задолго до того, как появился разум, способный описать математику сексуальных взаимоотношений. При этом, с каждым поколением, алгоритмы или эвристики[1] поведения живых существ постоянно видоизменялись. Это приводило к сложному, но, так или иначе, более успешному поведению с точки зрения размножения, чем предыдущая модель. Но «более успешному», не значит идеально правильному и идеально рациональному. Белка[2] успешна в выживании зимой, так как в ее инстинктах заложено достаточно сложное поведение собирателя. Но ее поведение не до конца рационально. Да, оно оптимально, если учесть, что эти действия выполняет безмозглая тварь с короткой памятью. И белке этого достаточно. Было бы недостаточно, она бы не выжила и не размножилась в следующее поколение.

Но что толкает белку совершать действия, не связанные с ее выживанием в данный момент? На дворе теплая осень, на деревьях полно шишек и орехов, на кустах растут вкусные ягоды. Зачем собирать еду, если более приятно кушать ее прямо сейчас? Ответ простой: белочке более приятно собирать еду, чем кушать ее. Она получает удовольствие от сбора еды и засовывания ее в разные укромные уголки. В мозгу белочки работает встроенная в нее система вознаграждения, посылающие ей сигналы удовольствия в ответ на правильное поведение. Белка получает физическое удовольствие, которое заставляет ее делать это еще и еще. Чтобы понять, что именно ощущает белочка, попробуйте разобрать, что ощущаете вы, когда кто-то ставит отметку “мне нравится” на вашей записи в социальной сети. Есть ли от этого какая-то действительная польза? Слово «удовольствие» - это перевод на человеческий язык сигналов в мозгу белочки, которые дают ей подтверждение: «ты все делаешь правильно, продолжай еще». Так мы испытываем удовольствие от поедания сладких фруктов – сладость является хорошим индикатором спелости и полезности. Так нам приятно освободить мочевой пузырь. Так мы испытываем азарт или удовольствие от охоты или рыбалки. Так людям приятно исполнять волю лидера или вставать, слушая гимн страны. Так детям приятно не выпускать из рук новую игрушку. Так нам нравится секс. Так мы вежливы к окружающим и помогаем немощным соплеменникам. То есть, видов «удовольствия» бывает много, но в любом случае физиологический механизм любого удовольствия — это формирование сигнала «ты все делаешь правильно, продолжай еще».

Регуляцией сигналов удовольствия или сигналов принуждения к действию[3], заняты вещества-нейромедиаторы: дофамин, серотонин, окситоцин, норадреналин, глутаминовая кислота и многие другие[4].

Точно так же существует сложное поведение, которое направлено к выбору оптимального, с точки зрения инстинктов, способа размножения, стремления к идеальному или к «достаточно удовлетворительному» партнеру. Это поведение сводится к выполнению набора действий, которые должны привести к появлению потомства. Выполнение этих действий стимулируется сигналами удовольствия. Невыполнение вызывает наказание. Это и есть любовь. Это и тоска разлуки, и радость встречи. Это и преодоление препятствий, и совершение безумных поступков. Это и удовольствие, которое получает мужчина, ухаживая, и наслаждение, которое получает женщина, принимая знаки внимания. Потом, когда родятся дети, точно такие же наркотики заставят родителей ухаживать за ними и получать удовольствие и от этого процесса. Вся бессознательная и, что интересно, сознательная деятельность родителей, будет направлена на получение еще одной «дозы», которая вбрасывается в мозг при каждой улыбке малыша, при каждом успехе ребенка, при каждом выражении им удовольствия.

Живым существам не требуется понимание или осознание того, какой партнер является оптимальным. Все эти сложные «рассуждения» производятся автоматически, как автоматически производит сложные вычисления кошка перед прыжком. Мы имеем только итоговый результат: «Вон, видишь вон того мужчину? - сделай все, чтобы быть рядом с ним; получи конфетку, когда рядом; получи тоску, когда не рядом». Ультимативной целью любого живого существа является размножение, иначе бы никто никогда не размножался и все бы вымерли, будучи занятыми другими делами. Поэтому, мотивация, которую обеспечивает система поощрения размножения, перекрывает прочие стремления живого существа. Голод, страх, холод, боль – все становится менее значимым по сравнению с основной целью. Человек опьянен самым главным наркотиком в его жизни.

Вместе с тем, человек отличается от животных одной маленькой особенностью. Он обладает сознанием. Если упрощать, то он умеет моделировать и прогнозировать будущее[5], производя в голове многочисленные перестановки предметов и событий и оценивая вероятности их наступления. Если бы белочка, собирающая орешки, действовала осознано, она получила бы больше от своей жизни, несмотря на то, что наркотики в ее голове командовали ей, что делать «здесь и сейчас». Сознательная активность сосредоточена в неокортексе – эволюционно новом отделе мозга, надстройке, которая позволяет людям быть эффективнее любых других животных. Человек тем больше человек, чем дальше способен заглянуть в будущее. Первобытная полуобезьяна думала о том, чтобы набить свой живот. С развитием интеллекта человек обучается делать запасы, прогнозируя возможность наступления голодного времени. Еще более умные существа не съедают запасы зерна, а высевают, чтобы получить новый урожай через год. Еще более умные ведут севооборот, чтобы поля не истощались. Древние цивилизации начали строить дороги, планируя на десятки лет вперед. Сейчас человечество создает и запускает марсоходы, рассчитывая получить результат от этой деятельности через столетия.

Древние системы, включающие в человеке "белочку" и вознаграждающие его удовольствием в ответ на совершение эволюционно правильного действия, появлялись каждая сама по себе и в разное время. Некоторые системы или "модули" являются очень древними и принадлежат не только человеку и приматам, а даже рептилиям или рыбам. Но, кажется, нет таких, которые существуют исключительно у людей и не наблюдаются у других животных. Это модуль «ревности» и модуль "альтруизма", модуль "сексуального влечения" и модуль "привязанности", модуль "заботы о потомстве" и модуль "оценки инвестиций жениха", модуль "оценки вероятности отцовства" и модуль "женского целомудрия". Очень много "модулей" постоянно работают у нас в голове, оценивают благоприятность событий и наших реакций на них и выдают нам поощрение или наказание. Мораль, этика, чувство справедливости, взаимопомощь, любовь, - все "высокие" человеческие чувства так или иначе имеют простое циничное и корыстное объяснение с точки зрения генов[6], которые мы носим и которые должны передать в следующее поколение.

Но человек умеет включать сознание и сопротивление древним системам в тот момент, когда отказывается от шоколадки или чипсов, чтобы не испортить фигуру. В тот момент, когда предпочитает отложить деньги, а не потратить. В тот момент, когда он сопротивляется порыву подать милостыню мнимому нищему. В тот момент, когда чистит зубы или, вернее выбирает для себя поведение, подразумевающее регулярную чистку зубов. При этом, сознательная деятельность человека не является его борьбой с древними инстинктами и порывами. Наоборот, сознательная деятельность направленна все так же на то, чтобы получить удовольствие от жизни, получить еще раз те самые наркотики, только в большем объеме. Что лучше выбрать: одну конфету прямо сейчас или подождать 20 минут и получить две? Такую задачу ставили детям[7]. Их заставляли страдать в пустой комнате один на один с конфеткой[8]. Часть детей не выдерживала и съедала конфетку. Часть выбирала «подождать и взять больше». И что интересно, 20 лет спустя, дети, которые «ждали, чтобы получить больше», оказывались более успешными в жизни, более богатыми, на более высоком положении. Они получали больше всегда[9].

Используя сознание, логику и расчеты и действуя осознано, можно получить намного больше и быть более счастливыми, чем тебе обещает инстинктивный порыв, командующий: «получи немедленно, прямо сейчас». И, если речь идет о реализации основного инстинкта, то тем более стоит включать мозг и понимать все рациональные механизмы, которыми руководствуются особи Homo Sapiens, выбирая свой путь размножения, исполняя роль агента на сексуальном рынке. Ведь все инстинктивные системы, которыми руководствуется человек, были созданы и тщательно отшлифованы естественным отбором. Но в современном обществе можно получить более яркую влюбленность, большую страсть, качественно лучшие отношения, длящиеся годами. Достаточно просто начать думать вперед. Достаточно быть человеком.

По сути

• В основе нашего чувственного поведения – математика и оптимальные алгоритмы.

• Алгоритмы, заложенные в нас, могут ошибаться, могут давать не оптимальный результат.

• Разум человека – новая эволюционная надстройка, позволяет ему получать от жизни больше и реализо-вывать свои основные животные устремления более качественно и с лучшим результатом.

• Выигрывают и получают больше те, кто действует осознанно.

Бороться и искать

`

Если бы я бросил пить... Не гулял с друзьями... Не танцевал не тратил столько времени на женщин... Был бы усидчив...

Я бы писал, читал, рассчитывал, изучал, чертил, брал на дом работу, искал темы, подмечал острым глазом, изобретал, выступал в журналах, сидел ночами.

Что-то открыл бы. От долгого сидения. Защитил бы докторскую. Написал бы пьесу, получил бы премию...

И уже тогда гулял бы с друзьями, и танцевал, и тратил много времени на женщин.

Что я сейчас и делаю без этих хлопот!

М. Жванецкий.

Когда живые существа еще плавали в океане, они были свободны двигаться в любом направлении и добираться до места назначения по кратчайшему пути – по прямой. Рыбы и сейчас так делают. Они просто плывут туда, куда хотят. У животных, которые выбрались на сушу, возникли серьезные проблемы. Камень или скала, стоящие на пути, оказывались для них непреодолимым препятствием. Просто «перелететь», как это можно было сделать в океане, уже нельзя, а обход означал отклонение от источника вкусного запаха или любой другой конечной цели путешествия. Разумеется, для успешного выживания на суше потребовалась корректировка поведения.

Первые сухопутные животные вели себя ничуть не умнее робота-пылесоса. Они ползли, потребляя подножный корм до тех пор, пока не встречали препятствие, затем поворачивали под случайным углом и ползли, «отразившись» от подвернувшегося камня, выедая очередную полосу травы или взрыхляя очередную борозду в поисках червяков. Подобная тактика совсем не требовала мозгов, но не позволяла делать вещи, которые сейчас кажутся важными – уметь искать и находить, а не есть то, что само в рот попало. Мы считаем естественным для каждого живого существа умение находить пищу, половых партнеров, новые территории, нам кажется очевидным, что камень или дерево можно обойти.

Каждый рыбак знает, что «рыбное» место можно сделать – нужно просто регулярно, в одно и то же время, прикармливать рыбу в одном и том же месте. Через некоторое время рыбы будут стаями приходить в это место в нужное время и уже будут голодными, так что можно, не напрягаясь, обеспечить себе хороший улов. Рыбы не «знают», что в 9 утра под той корягой будет еда. Они плывут туда, потому что в мозгу существуют механизмы, которые стимулируют поведение, однажды приведшее к успеху. Это – так называемая дофаминергическая система. Нейромедиатор дофамин формирует в мозгу сигналы, стимулирующие живой организм к повторению успешного поведения. «Делай так, как раньше и будет тебе овсянка». Не имей рыбы такой системы, они бы просто плавали где попало и ели все, что увидят глазами, учуют носом, то, что пошевелится как еда или то, что само в рот попадет. Они, собственно, так и делают. Только, при этом, как-то оказываются в том месте, где эта еда есть. Природа, чтобы «научить» животных существовать в новых условиях, просто задействовала систему, которая уже выработалась у рыб и более примитивных животных.

На суше, умение совершать неочевидные действия для достижения цели также регулируется дофамином. Под действием дофамина животные находят решения достаточно сложных навигационных задач, не тыкаясь, как щенки, в каждое препятствие, а обучаясь со временем их обходить. Более сложный и развитый мозг позволял сохранять в памяти и воспроизводить все более сложные поведенческие механизмы, такие как коллективная охота или ухаживание.

Человек, своим сознанием ощущает действие дофаминергической системы как любопытство, азарт, стремление к цели, ощущение удовольствия от стремления к чему-то[10]. Выброс дофамина воспринимается нами как удовольствие, сравнимое с обладанием тем, к чему мы стремимся. Но это никогда не сама еда, ни сам секс, ни сама безопасность. Изначально приятным для организма является то, что способствует выживанию этого организма и вида в целом, прежде всего еда и размножение. То, что помогает достижению этих первичных наград, тоже воспринимается сознанием как приятное и тоже вызывает активацию дофаминергической системы. Например, люди так любят деньги потому, что деньги гарантируют их обладателю хорошее питание и повышают его шансы на сексуальный успех. Поэтому поведение многих людей изменяется таким образом, чтобы заработать как можно больше денег, даже в ущерб основной цели – размножению и питанию. При этом все, что ведет к зарабатыванию денег снова воспринимается как приятное. Работа дофаминергической системы вознаграждения связана с возникновением условных рефлексов, играет огромную роль в процессах обучения, возникновения ассоциаций, распознавания и возникновения памяти и, конечно, в формировании ритуалов, примет и привычек.

Сознание человека способно к анализу и выстраиванию возможных сценариев будущего. Животные на такое не способны и, единственное, что помогает им поступать правильно, это та самая дофаминерническая система – механизм, обеспечивающий приемлемый результат поведения в условиях отсутствия информации и невозможности предсказать будущее. Белочка собирает орешки не потому, что она знает, что будет зима, а потому что у нее в связи с этим вырабатывается дофамин. Человек, который оказывается в условиях неопределенности, действительной или кажущейся, перестает пользоваться сознанием, и инициативу по управлению телом перехватывают древние системы. Что происходит у школьника перед экзаменом по геометрии? Ощущение тревоги, опасности, неопределённости. Вроде бы сдача экзамена – чисто сознательная деятельность, однако древняя система говорит: «Так, сознание, молодо-зелено, подвинься, я уже сотню миллионов лет встречалась с такими проблемами. Для начала нам нужен адреналин. Сердце должно биться учащённо – нам, я точно тебе говорю, предстоит или драка или бегство. Также стоит заранее увлажнить кожу – для улучшения теплообмена – потеем. Добавим тонуса в мускулатуру – хорошо, уже дрожат коленки. Теперь нужно отключить мозг. Он только мешает рефлексам. Все, мы готовы к опасности, которая называется «Экзамен по геометрии»! Кстати, что это?»

Чем меньше человек способен заглянуть в будущее, чем меньше он знает о том, как функционирует этот мир, тем больше он будет полагаться на свои древние системы, перехватывающие инициативу у сознания. Сознанию, при этом, останется лишь рационализировать пристрастие человека к тем или иным видам поведения, лишенным логики, смысла и связи с реальностью: от сплевывания через плечо при виде черной кошки (раньше сплевывал и помогало) до соблюдения религиозных обрядов[11] и от употребления гомеопатических препаратов до чтения гороскопов.

При этом не следует отказываться от тех или иных ритуалов, если они не мешают жить. В конце концов, соблюдение ритуалов приносит нам дофаминовое вознаграждение. Дофамин отвечает у нас за желание «сыграть еще раз», ведь когда-то мы играли и нам повезло. Дофамин отвечает за стремление провести вечер у телевизора, ведь иногда нам между показом явной и скрытой рекламы и пропаганды, показывают нечто, что нам интересно. Надо только пощелкать по каналам. Раньше ж получалось. Дофамин заставляет нас постоянно следить за обновлением статуса в социальных сетях, а автора писать этот текст.

Когда природе понадобились более тонкие эволюционные механизмы, чем реализация алгоритма «как можно больше секса с кем попало», то она, как и раньше, не изобретая ничего нового, воспользовалась старой доброй дофаминергической системой. Если для похоти – чувства, которым руководствуется живой организм для как можно более интенсивного сексуального взаимодействия, все окружающие потенциальные половые партнеры на одно лицо, то на уровне влечения происходит выбор, ради которого все задумывалось. Реализация похоти - это типичная “транзакционная” продажа на сексуальном рынке.

Как работает влечение? Самка бизона отдаст предпочтение победившему в бою самцу. Девушка пойдет на свидание с самым обаятельным парнем. С точки зрения нейрофизиологии разницы между этими событиями нет. Это как раз работает система поиска и выбора в условиях неопределенности – та самая дофаминергическая система. Но что, если нас не интересуют намерения наших генов? Что, если мы не хотим размножаться? Конечно, гены предусмотрели и это. Чтобы обмануть человека, они придумали то, что мы называем словом «влюбленность» и что, на самом деле, является действием дофамина.

Стоит уровню дофамина в мозгу вырасти, приходит эйфория, человек становится сверхактивным, теряет аппетит и сон, тревожится по пустякам и одновременно начинает лучше соображать. Такой же эффект вызывают, например, кокаин и амфетамины, которые заставляют организм «выжимать» из себя весь дофамин. Зачем генам делать человека нервным, но радостным и умным? Ответ прост: машина по переноске генов должна преодолеть любые трудности, но довести дело до полового размножения с выбранным партнером. Причем сделать это как можно быстрее, пока не появился другой желающий поучаствовать в перемешивании генов. Именно поэтому влюбленный так сильно нервничает и видит только один выход из мучительно-сладостного состояния: добиться дамы сердца. Ну и, конечно, доставить гены куда следует. С точки зрения маркетинга на сексуальном рынке, дофаминергическая система отвечает за реализацию “консультационных” продаж.

Кроме похоти и влечения есть еще и привязанность или любовь[12]. Привязанность к партнеру, которая так нужна тогда, когда стратегия размножения предусматривает ухаживание за потомством и воспитание его. С усложнением животных размножение стало долгостроем, который нужно планировать заранее. Менять половых партнеров как перчатки стало невыгодно: если отношения заканчиваются после оплодотворения, то кто будет заниматься поиском еды? Ни влечение, ни похоть не принимают такие сложности в расчет. Их миссия заканчивается, когда гены переданы в следующее поколение. Нужен был способ заставить машины по размножению выбирать долгосрочного, а не просто привлекательного партнера.

Главная «молекула привязанности» — окситоцин. Он в огромных количествах выделяется при родах, помогая справиться с болью и в дальнейшем о ней забыть. Это вещество способствует выделению молока, прямо влияет на проявление нежности к детям и стимулирует родительское поведение. Окситоцин усиливает желание проводить время с партнером, поддерживать с ним социальный и физический контакт. Можно сказать, что окситоцин — нейромедиатор, характеризующий именно стратегическую продажу. Привязанность или действие нейромедиаторов, заставляющих половых партнеров совместно вести воспитание потомства, характерна для всех животных, где такое воспитание требуется.

Считается, что возникновение привязанности у людей связано с ранней эволюцией человекообразных обезьян. Восемь миллионов лет назад меняющийся климат Западной Африки вынудил наших предков покинуть редеющий лес и уйти в саванну. На открытых пространствах нужно было передвигаться на большие расстояния, и уже около четырех миллионов лет назад австралопитеки встали на ноги, вместо того чтобы карабкаться по деревьям. Выпрямившись, самка больше не могла таскать ребенка на спине, и это затруднило поиск пищи. Но прямохождение освободило руки самцам, и они стали носить добытую еду на большие расстояния, вместо того чтобы обедать на месте. Эволюционное преимущество получили семьи с распределением ролей: самки ухаживают за детьми, самцы приносят пищу.

В этих условиях и заработала окситоциновая система. Не прошло и трех миллионов лет, как процессы, которые регулируются нейромедиаторами в нашем мозгу обросли культурой, их рационализирующей. Все мировые религии, писатели, художники, певцы, поэты, скульпторы питаются привязанностью людей к дофамину и окситоцину.

По сути

• Дофамин влечет нас к цели, давая сигналы предвкушения удовольствия, которые мы часто путаем с самим удовольствием.

• Влюбленность – не любовь. Лучше бы эти яв-ления вообще описывались не однокоренными словами.

• Любовь, та самая, «высокая» характерна не только для человека, но и для некоторых пернатых, не говоря уже о приматах и других млеко-питающих.

Культура, которой мы обросли

`

Какой самый живучий пара-зит? Бактерия? Вирус? Глист?

Идея. Она живуча и крайне зараз-на.

Стоит идее завладеть мозгом, избавиться от нее уже практиче-ски невозможно.

к/ф «Начало» (“Inception”)

Как парадоксально и неприятно это не звучит, но институт брака к XXI-му веку свелся, по сути, к подписям участников под правилами развода. На сегодняшний день, юридически брак легко заменим набором гражданских договоров, устанавливающих права на собственность, которые нужно заключать после каждой важной совместной покупки. И, разумеется, брак нужен для разделения ответственности за совместных детей. Поэтому, все рассуждения, касающиеся именно брака: выхода замуж, женитьбы, уместны лишь с оглядкой на то, что партнеры планируют размножаться. Если женщина или мужчина не планируют заводить детей или готовы воспитывать детей самостоятельно, то им нет смысла связывать свою судьбу официальными брачными узами - достаточно имущественных договоров совладения.

Почему бы не воспитывать детей самостоятельно? К мужчинам этот вопрос в большинстве случаев не относится. Крайне редки случаи, когда мужчина находит для своих детей суррогатную мать, расплачивается за деторождение и воспитывает детей сам при помощи наемных работников. Также существуют варианты, когда неприлично богатый человек женится не на человеке, а на модели, предвидя заранее, при этом, скорый развод, суд и решение суда, по которому дети останутся у него. Но эти случаи также редки, а функции матери, в данном случае, заменяются наемными работниками.

Но точно такая же логика может быть применена и к женщине. Если женщина не обременена тяжелым физическим трудом, что относится сейчас к большинству женщин, то она остается трудоспособной вплоть до самих родов, а после родов, после короткого отпуска, она может воспользоваться услугами наемных работников для того, чтобы воспитывать ребенка. Так или иначе роль второго родителя как няньки может быть заменена деньгами и правильной организацией процессов. Вопрос в том, что именно теряет ребенок в современном обществе, у которого нет обоих родителей? А если брать не только современные общества, то почему процесс воспитания детей был как правило личным делом родителей, а не каких-то коммунальных предприятий, вроде общих яслей или детских садиков, как это организовано у ряда общественных животных и как это можно обнаружить у некоторых полинезийских племен?

Для правильного ответа на этот вопрос стоит посмотреть на процесс биологического размножения как на процесс сохранения и передачи информации. Компьютерный вирус только тогда – вирус, когда он обеспечивает передачу собственной копии на другой компьютер. Он потому и становится отдельной сущностью, что способен передавать себя на другие компьютеры в то время как на предыдущих компьютерах его уничтожают. Гены живого существа — это точно такая же самокопирующаяся информация. Она потому и продолжает копироваться, что способна это сделать наиболее оптимальным способом. Генам все равно, что чувствует самец богомола, когда ему самка отгрызает голову. Генам самца выгодно, чтобы самка, уже их содержащая, получила пищу и смогла выносить потомство. Вся жизнь человека так или иначе направлена исключительно на то, чтобы дать возможность генам продолжать существовать. И самка человека точно также отгрызает самцу голову, только делает это очень медленно. Нет, гены не разумны. Просто та информация, которая не способна к размножению, исчезает. Идет процесс естественного отбора.

Точно также можно наблюдать процесс естественного отбора среди идей в человеческом обществе. Те идеи, которые «заразны», получают популярность, размножаются, тиражируются. Мы наблюдаем как возникают, разрастаются и постепенно отмирают интернет-мемы – вирусные идеи, от «Превед-Медвед» до «Ктулху» [13]

.

Сообщества животных грубо можно разделить на анонимные и иерархические[14]

. В анонимных сообществах, таких как муравейник или стая рыб, несмотря на видимые различия в сложности поведения, особи взаимодействуют друг с другом одинаково, используя «стандартные протоколы». Им безразлично, кто перед ними. В иерархических сообществах взаимодействие основано на личных знакомствах и репутации. Такие сообщества возможны у живых существ, обладающих развитым мозгом с хорошей памятью, способным к анализу и прогнозу. В таких сообществах выстраивается иерархия, та как сильному волку не обязательно драться со всеми самцами в стае. Ему достаточно, чтобы все остальные волки помнили, что он – самый сильный.

Люди, рожденные как иерархические животные, оказались в условиях анонимных сообществ – групп людей, не знакомых друг другу или знакомых поверхностно. Жить бóльшими группами, чем позволяет память[15], оказалось либо необходимым, ввиду возросшей численности людей, либо удобным. В любом случае, люди, умеющие взаимодействовать в рамках иерархических сообществ, должны были научиться сосуществовать в «анонимном» режиме. И, точно также, в результате отбора, на Земле сохранились только те сообщества, которые смогли, уже сознательно, выработать «стандартные протоколы» взаимодействия друг с другом. В отличие от рыб или креветок, такие «стандартные протоколы» не передаются по наследству, а приобретаются при воспитании. Это не инстинкт. Это то, что принято называть словом «культура». Сама по себе "культура" - не чисто человеческое достижение. Культурой обладают также некоторые другие живые существа. Но именно у человека фактор культуры и, соответственно, гены, поддерживающие в голове-биокомпьютере "модули восприимчивости и оценки культуры", стали эволюционно значимыми. Культура, как и гены, как и мемы, является точно такой же самокопирующейся информацией. И, человек, которому привита та или иная, способная к размножению культура, будет, согласно этой же культуре, стремиться ее распространить на других людей и, самое главное, на свое потомство. Культура, которая не требует от носителя ее размножения, просто исчезает. Теперь понятно, что родители, являясь носителями культуры, будут стремиться передать ее своим детям. С одной стороны, культурные дети будут, при прочих равных, более успешны в культурном обществе и будут владеть важными для выживания знаниями, которые родители им передадут. С другой, исполняется программа «размножения культуры». То есть, культура, точно также, как и гены, эгоистично требует распространения себя при помощи подходящих носителей.

Однако, культура — это не есть что-то навечно застывшее и универсальное. Если бы это было застывшим и универсальным, оно бы уже передавалось по наследству. Она отличается от человека к человеку точно также как от человека к человеку отличаются и гены. Генам выгоднее половое размножение, в котором у наследника два родителя. Точно также культуре выгодно, когда у ее наследника больше одного носителя. Это предоставляет, с одной стороны, требуемую для эволюции изменчивость[16] и, с другой стороны позволяет закреплять в следующих поколениях полезные признаки и отсеивать дефектные. Это тем более важно для культуры, так как культура развивается самим ее носителем в отличие от генов, которые приобретаются от родителей и лишь изредка изменяются при передаче в следующее поколение. Носитель культуры приобретает новые знания, ритуалы, обычаи и законы, которыми он обогащает культуру, перенятую от родителей. И, если культура успешна – она жизнеспособна в следующих поколениях. Культурная информация, в отличие от генетической намного быстрее эволюционирует.

Потомство в обществе тем успешнее, чем больше «стандартных протоколов» взаимодействия оно знает. Если посмотреть на детей от брака людей разных национальностей, то можно заметить, что их дети с легкостью могут взаимодействовать с национальностями обоих родителей. И речь идет не только о языке. Это правила хорошего тона и обычаи и ценности и поведенческие особенности и даже жесты и позы. В общем случае, чем более сложной и насыщенной является культура родителей, тем качественнее их дети как товар на сексуальном рынке следующего поколения. Значит, одним из важнейших критериев выбора партнера, является его культура. Казалось бы, в таком случае на сексуальном рынке должны были бы выстраиваться очереди за профессорами университетов. Однако, несмотря на то, что спрос на более культурных женихов заметно выше, это не совсем так.

Во-первых, культура то не всегда «хорошо». Культура — это и не хорошее и не плохое явление. Это просто то, что по каким-то причинам более успешно передается в следующие поколения. Высшая математика не передастся в следующее поколение[17], а навязчивая потребность плевать через левое плечо, увидев черную кошку, передается очень легко. Кроме легкости передачи важна еще и общая полезность. Так, например, передача ценностей и мотивации к учебе и образованию, явно полезнее передачи суеверий. Потому, в семьях, в которых учеба как таковая имеет ценность, культура обучения передается из поколения в поколение. Точно также в прошлом было важно хорошо владеть оружием. Хорошее владение оружием давало важные эволюционные преимущества. И в семьях, в которых владение оружием и военная честь имели ценность, культура военной доблести также передавалась из поколения в поколение. А как только оружие стало гарантировано убивать практически всех участников войны, независимо от уровня их военной культуры, военная доблесть перестала быть культурным преимуществом. Наборы культурных ценностей так или иначе разделяют общество на слои, которые мало пересекаются. Музыканты и солдаты редко общаются друг с другом, как редко общаются друг с другом воры и строители.

Во-вторых, очередей к профессорам университетам не выстраивается потому, что человек с «низким» уровнем культуры просто не способен оценить уровень культуры намного более «высокий» [18]. Просто нет условий для измерения. Также нет условий для применения «высокой культуры» в социуме, в котором «низкая» культура диктует совсем другие правила поведения. Ребенка профессора будут задирать и бить сверстники, если он попадет в школу в неблагополучном районе. Соответственно этот ребенок, выросший с неуверенностью в себе и привыкший к низким позициям в иерархии стаи, не сможет потом эффективно размножиться.

«Низкий» и «высокий» уровни культуры обозначены кавычками, так как нет возможности сравнивать уровни культуры у разных обществ. Есть просто разные наборы знаний, которыми владеет то или иное общество. Если в одном обществе важно качественно поддерживать беседу о сортах семян подсолнечника и уметь снимать шелуху с них, не вынимая семечки изо рта, то в другом обществе общим для всех знанием является сольфеджио. При этом, разумеется, что культура у человека "низка", если его набор знаний не дотягивает до среднего в этом обществе и "высока", если его набор знаний превышает средний уровень. "Высокий" уровень культуры можно оценить по косвенным признакам, например, по сложности и точности исполнения различного рода ритуалов - мы это называем словом "этикет", по стилю одежды, по тем ценностям, которые декларируются индивидом как важные, по отношению к событиям, по богатству речи, по багажу знаний.

Люди с категорически разным уровнем культуры менее приспособлены к размножению. Похожим образом не приспособлены к размножению животные разных видов. Их потомство, если и рождается, то часто или стерильно, или неспособно жить в дикой природе. Поэтому на сексуальном рынке его участники подбирают себе партнера со схожей культурой и, если возможно, с более развитой. Развитость культуры партнера, при этом, должна полностью оцениваться другим партнером, иначе «лишняя» надстройка окажется ненужной при размножении. Также весьма привлекательным выглядит партнер с развитой культурой, однако из другого общества. Это будет позволять ему передавать потомству свою культуру на равных с супругом.

Оперирование культурой как критерием выбора партнера требует от участников рынка совершения не транзакционных продаж, а консультационных или даже стратегических. Уровень культуры нельзя оценить с первого взгляда, и он важен исключительно в долгосрочной перспективе, когда речь зайдет о воспитании будущих детей.

Интересно, что чем выше уровень интеллекта, а следовательно, чем больше культурный багаж мужчины, тем меньше он склонен к «осеменительному» поведению и, включая сознание, думает и выстраивает собственное будущее и будущее своих детей - занимается стратегической продажей. Точно также развитая культура женщины выводит ее за пределы «транзакционного» рынка, на котором уместно лишь поощрительное спаривание, и заставляет ее заниматься стратегическими продажами себя.

Ребенок получает не только генетическую информацию, но и культуру и знания, носителями которых являются оба родителя, вернее семьи обеих родителей, если они общаются с ребенком. Ведь культура родителей - это часть общей культуры семьи, включая бабушек, дедушек с которыми зачастую общаются не меньше, чем с родителями и окружения, среды, круга общения семьи. Также ребенок перенимает и копирует модель ролевого поведения в семье, и это тоже стоит считать частями культур родителей, и они проявляются, раскрываются, демонстрируются только во взаимодействии, а не по отдельности.

И если культура, которую передают родители, отличается в лучшую сторону от той посредственной культуры, которую предоставляет окружение и государство, то ребенок получает эволюционные преимущества. Если же культура одного из родителей менее развита, по сравнению с усредненной культурой общества или с той, которую обеспечивают государственные воспитательные учреждения, то ребенок не получает эволюционные преимущества от присутствия этого родителя в семье, и такой родитель может восприниматься исключительно как финансовый спонсор. При таких обстоятельствах, «спонсору», который не способен передать своим детям больше, чем второй супруг или школа, выгоднее отказаться от брака. Что происходит сплошь и рядом. А если родитель с менее развитой культурой еще и не является спонсором, то тем более он не нужен семье и у более культурного родителя также возникает естественное желание прекратить семейные отношения. При этом, пол родителей не имеет значения. Это – универсальное правило.

По сути

• Человек существует в культурном окружении – наборе знаний и ритуалов, которые идентифицируют его как члена общества.

• Часть информации, которая попадает в наш мозг, тем или иным способом заставляет нас передать ее дальше – заразить ею мозг другого носителя.

• Родители стремятся передать культуру детям, так как культура это – самопередающаяся информация.

• Культура, как правило, дает эволюционные преимущества. Если бы она не давала их, ее носители вымирали бы, а не размножались. Например, в России существовала секта скопцов, которая, разумеется, не смогла передать свои культурные ценности в следующее поколение.

• Культуре, как и генам свойственна изменчивость. Культуре важно, чтобы у культуры наследника было два родителя, а не один.

• Единственное, что может получить ребенок в современном мире, имеющий двух родителей вместо одного – это культуру и знания, носителями которых являются оба родителя

Обезьяна внутри нас

`

Это был человек прогрессивно-религиозный.

Он соглашался, что люди произошли от обезьян, но от тех, что из Ноева ковчега.

Станислав Ежи Лец

Моногамны ли мы? Разумеется[19] – да. У людей ячейкой общества является семья – устойчивый долговременный союз двух разнополых особей и их детей[20]. Все остальные варианты сексуальных взаимоотношений, хоть и присутствуют в обществе, но принятой нормой не являются. Даже в обществах, практикующих многоженство, большинство людей живут, все же, в моногамном браке. Почему моногамность разумеется? Потому что способ выращивания человеческих детенышей подразумевает, что в одиночку, в диких условиях, это сделать крайне трудно, а ребенок крайне долго, десятилетиями, остается несамостоятельным. К тому же, кроме физического выращивания, важным аспектом воспитания является передача знаний от родителей детям, что делает самого ребенка более приспособленным к жизни и, соответственно, более успешным на сексуальном рынке.

У людей, как и у животных, «норма» никогда не означает, что это поведение поддерживается большинством особей. Мало того, сама "моногамность" как норма легко оспаривается простыми антропологическими исследованиями, согласно результатам которых лишь 154 из 1154 ранее или ныне существующих культур[21], по которым есть антропологические данные, — не разрешают мужчине иметь более, чем одну жену. Остальные культуры, в число которых входит большинство охотничье-собирательских культур мира, которые находятся ближе всего к контексту человеческой эволюции, так или иначе допускают полигинию, которая реализуется, разумеется, доминантными самцами. Также, некоторые физиологические особенности человека, например, размер яичек у мужчины[22], говорит в пользу того, что самки людей также склонны к промискуитету и, если мы это не наблюдаем сейчас, то лишь благодаря хорошо развитой индустрии контрацепции и умелостью людей скрывать от окружающих подробности своей интимной жизни. Также, именно потому, что в женской половой стратегии могут давать преимущества немоногамные половые связи, еще совсем недавно существовали очень жесткие административные рычаги, призванные сдерживать похоть не только мужчин, но и (и именно) женщин. Администрируемая моногамность современных индустриальных обществ объясняется скорее не "природой человека" а тем, что по определенным причинам моногамное общество получило одновременно и мирное сосуществование, и мотивацию к прогрессу и накоплению капитала.

Большинство особей людей, лишенных административных рычагов, как и большинство других, в целом моногамных животных, не состоят в безусловном до обреченности «пожизненном браке», а «норма» это – идеал, который достижим при наличии определенных условий. Так у серых гусей, которые тоже моногамны, существует целый спектр взаимоотношений между самками и самцами, аналогичных взаимоотношениям между людьми. Конрад Лоренц[23] наблюдал, например, гомосексуальные отношения, причем заметил, что гомосексуальная «семья» гусей занимала высокое положение в иерархии стаи, а самки стремились получить семя этих самцов, для чего прибегали к хитростям. Лоренц также наблюдал, например, как самка, потеряв возлюбленного, который не вернулся из перелета, начала вести себя как типичная «роковая женщина» - она принимала ухаживания других самцов, которые всерьез в нее влюблялись, проводила с ними время и затем бросала ради следующего самца. Также Лоренц описывал случаи, когда самец, находясь в браке, заводил себе любовницу, которая, не претендуя на то, чтобы завести с самцом семью и отбить его у соперницы, довольствовалась тем, что яйца в ее кладке были оплодотворены тем самцом. Такая гусыня, которая по каким-то причинам оказалась без самца, готового инвестировать в ее птенцов, готова просто получить гены другого гуся-семьянина, чтобы быть уверенной что ее потомство мужского пола будет применять "семейную" стратегию, которая у гусей эффективнее промискуитетной. Кстати, это замечание касается и людей. Мужчины, ищущие любовниц "на стороне" будут более успешны, если не будут скрывать свою женатость, а, наоборот рекламировать себя как верных и любящих супругов и отцов, у которых никакая внесемейная связь не сможет разрушить брак[24]. Одинокие женщины, инстинктивно решают, что их сыновья, родившиеся от внебрачной связи, но обладающие врожденными семейными ценностями, будут иметь больший спрос на сексуальном рынке и произведут лучшее и более успешное потомство, чем ловеласы. С такой точки зрения становится понятным, почему женщины так умиляются когда наблюдают чужого папу, самозабвенно ухаживающего за своим ребенком. Их инстинкты говорят: "Качественный самец, надо брать!"

"И человек, и гусь принадлежат к видам животных с высоким уровнем отцовских инвестиций. Сидящая на яйцах самка должна доверять своему самцу точно также как и кормящая беспомощного младенца женщина своему мужу. Самцы, образуя пары с самками, должны обещать им заботу о совместном потомстве. И самки таких видов всегда оценивали и оценивают способность самца к инвестициям в потомство. Однако существует один важный фактор, отличающий гусей от людей. Гусыня не слабее гуся и так как она яйцекладущая, она не бывает в состоянии беременности, в котором она вообще не способна постоять за себя. У людей же, как и у многих приматов, самки и самцы серьезно отличаются друг от друга размерами и, в дополнение к этому, самка часто бывает беззащитной или вообще не склонной к конфликту с самцом. В такой ситуации самка оказывается в подчиненном положении, не способна и не желает участвовать в иерархической борьбе. В связи с этим ей начинает доставаться меньше еды почти все время, кроме одного периода – когда самцы особенно заинтересованы в самке.

В период овуляции самки самцы склонны понравиться самке, а не отобрать у нее еду. Они ухаживают за ней и дерутся не с самками, а друг с другом за право обладания ею. В таких условиях самки некоторых приматов и, в том числе, женщины, научились маскировать овуляцию. В ходе эволюции и естественного отбора, наиболее успешными особями были те самки, которые научились делать вид, что у них овуляция все время. Они обзавелись демонстративно округлыми бедрами, пухлыми и яркими губами, молочными железами, по которым не понятно, кормит сейчас самка детеныша или нет. Они настолько в совершенстве овладели искусством маскировки, что сами перестали понимать, когда же у них овуляция.

Самцу в таких условиях нужно теперь постоянно проявлять внимание к самке, не обижать ее и делать все, чтобы спариваться с ней как можно чаще. А вдруг овуляция прямо сейчас? То есть, маскировка овуляции позволила самке существовать в условиях иерархического сообщества и получать все блага, которые бы имел альфа-самец. Ведь теперь все самцы готовы услужить самке. И чем меньше самец будет знать о самке, тем больше он будет стремиться к ней. Возможно поэтому «загадочность» женщины очень сексуальна. И, когда идет речь о том, что «в женщине должна быть какая-то загадка», то самая главная загадка в том – когда же у нее овуляция. Также становится понятным, почему женщины стремятся скрыть свои месячные[25]. Мало того, что в это время они не фертильны и, соответственно, не интересны самцам, так еще, и самцы имели бы возможность обзавестись в ходе эволюции встроенным в мозг калькулятором следующей овуляции. А если самец уверен в дате овуляции, ему уже нет смысла постоянно ухаживать за самкой, а делать это лишь в определённые дни. А женщине это, разумеется, ни к чему[26].

В условиях маскировки овуляции и при таком избытке внимания со стороны самцов, самка может выбирать, кому «дать», а кому нет. И для нее рационально разрешать самцу спариваться с ней, если самец удовлетворяет ее потребности. Так самцы верветок, карликовых зеленых мартышек, не могут спариваться с самками по своему усмотрению. Самка допускает к себе только тех самцов, которые делятся пищей с ней и ее детенышами. Такое сексуальное поведение называется «поощрительное спаривание» и оно характерно для некоторых птиц, приматов и, конечно человека. В таких условиях спаривание производится не только для продолжения рода, а для различного рода социальных взаимодействий. Животные и люди занимаются сексом даже во время беременности. Также у животных, у которых практикуется поощрительное спаривание, эстральный цикл был замещен менструальным. И, несмотря на схожесть некоторых внешних признаков, физиологический механизм и функции течки и менструации совершенно различен.

Механизм поощрительного спаривания является тем самым первоисточником общественного стереотипа, согласно которому женщины, в целом, продажны, а мужчины так или иначе покупают секс. Проституция, с такой точки зрения, является всего лишь крайней формой поощрительного спаривания у людей. Также формой поощрительного спаривания является частый секс супругов, который явно не предназначен для продолжения рода. Даже если супруги не предохраняются, то все равно большинство половых контактов ни при каких обстоятельствах не приведут к зачатию. И именно поэтому секс в супружестве никак нельзя назвать «бесплатным» для мужчины. Он так или иначе платит за него. Вернее, расплачивается[27].

Разумеется, что женщине, желающей достичь успеха в обществе, как в деловом, так и в семейном плане, просто необходимо быть физически привлекательной. Физическая привлекательность и нейтрализует иерархическую конкуренцию со стороны мужчин и позволяет быть более конкурентной на непосредственно сексуальном рынке. Поэтому женщины, в отличие от мужчин, инвестируют значительно больше времени и ресурсов для придания себе лучшего внешнего вида. Это то, что придает им уверенность в себе. Это то, на что работает львиная доля мировой экономики. То, с чем они ассоциируют успех, независимо от того, выбрали они семью или карьеру. На вопрос, к кому себя определять, к умным или красивым, ответ один: И к тем и другим, конечно! Успех женщины, ее внутреннее ощущение того, что у нее все получается, ее удача и эффективность напрямую зависят от ее привлекательности. И дело не в «стандартах красоты», а в том, насколько женщина хорошо старается «продать себя». Это все: одежда, ухоженность, стиль, поддержка хорошей фигуры, грамотность, речь и уровень культуры, умелая торговля своими рыночными преимуществами и формирование преимуществ из, казалось бы, недостатков. Идея «продажи себя» может показаться унизительной, ведь, выходит, мы красимся и одеваемся для каких-то козлов, которые нам и не нужны. Вместе с тем, не в этом суть. Конечно, можно оставаться «мымрой». Но тогда добро пожаловать в жестокий мужской мир, где самцы меряются друг с другом силой, дерутся, строят карьеру и не вспоминают о галантности при общении с той, с которой в постель они точно никогда не лягут.

Мужчины, в свою очередь, озабоченные понятным, сточки зрения биологии, желанием оплодотворить все, что шевелится (а вдруг у нее сейчас овуляция), всегда будут оценивать женщин, в первую очередь, как потенциальных сексуальных партнеров. То, что часто не понятно женщинам в поведении мужчин, то, что они называют «кобелизмом», то, что может обижать женщин: «у мужчин только одно на уме», на самом деле провоцируется женщинами, маскирующими свою овуляцию. Повышенное внимание мужчин по отношению к женщинам провоцируется ими каждый день и когда женщина выбирает наряд, и когда использует макияж и парфюмерию, и когда ухаживает за лицом, руками, избавляется от лишних волос, одевает каблуки и украшения.

Да, почти каждая, даже замужняя, женщина, в ответ на вопрос «для кого она прихорашивается», ответит «для себя». Разумеется, «для себя». Ведь она ожидает, что банан с ветки притащат именно ей, а не той кикиморе из соседнего отдела. Она, в мире, в котором царит мужская иерархия и большинство решений принимается мужчинами, просто обязана быть уверенной в себе, быть лучше окружающих и быть такой, чтобы каждый мужчина, в ответ на, непредставимо для женщины, регулярно задаваемый самому себе вопрос «переспал ли бы я с ней» отвечал себе «да, конечно».

Выходит, что при всей моногамности людей, у них, в отличие от других моногамных существ, присутствуют механизмы так или иначе реализующие промискуитет и использующие секс не только для размножения, но и для социального взаимодействия и получения

По сути

• Люди моногамны, но брак у людей никак не означает естественную, природную, монополию на секс со стороны супруга или постоянного сожителя.

• Каждый супруг стремится, в меру своих сил, к такой монополии в отношении своего партнера и это часть большой игры, под названием, эволюция.

• Нельзя утверждать, что женщины более склонны к моногамии, чем мужчины. Это - сексизм. Поведенческая модель животного вида не может быть гендерно зависимой. Физиологически самцы человеков готовы к промискуитету самок, хотя в меньшей степени, чем у видов, практикующих полиандрию.

• Женщины, как и их предки, маскируют овуляцию и практикуют «поощрительное спаривание».

• Большая свобода мужчины в сравнении с женщиной, которая наблюдается в обществе, объясняется серьезным социальным давлением, оказываемым на женщин, которое обеспечивается моральными устоями.

• Секс у людей — это не только средство размножения, но и важный социальный инструмент, который эксплуатируется в равной мере как мужчинами, так и женщинами. Ведь, по большому счету, в человеческом обществе, количество и, главное, качество потомства никак не связано с количеством половых актов.

• Если бы монополия на секс действительно существовала, то современное человеческое общество распалось и не было способно к прогрессу, научным достижениям, культуре.

Моральные скрепы

Чтобы постичь истинные основы морали, людям нет необходимости ни в богословии,

ни в откровениях, ни в богах; для этого достаточно простого здравого смысла.

Поль Арни Гольбах

Мужчину от женщины отличает одна важная особенность. Мужчина, в отличие от женщины, не уверен в том, что он отец своих детей. Ну, то есть, пока женщина нянчится младенцами, мужчина на охоте убивает мамонта, чтобы прокормить свою жену и детей. И если случится так, что дети – не его, то с точки зрения биологии, мужчина как минимум зря утруждался, а как максимум вообще оказался практически стерильным. Такие парни получают приз Дарвина и уходят со сцены эволюции не размножившись.

Лучшая тактика для мужчины в таких условиях – не идти с соплеменниками на охоту, взять отгул или больничный, остаться вместе с самками в пещере и сделать свое эволюционное дело. Но в таких условиях еду приносить будет некому - кто ж пойдет на охоту, когда лучше взять отгул, и приз Дарвина получает уже целое племя, умерев от голода.

Хорошим вариантом решения проблемы является промискуитет со взаимной ответственностью. Сексом занимаются без обязательств, не реже, чем пожимают друг другу руку, а дети, родившееся в племени, воспитываются и снабжаются едой сообща. Работающая система в небольших по численности, человеческих сообществах, которая до сих пор практикуется некоторыми племенами Полинезии. Например, самый близкий к человеку из ныне живущих вид животных – шимпанзе бонобо, пользуются сексом именно как «социальным клеем». Секс у их вытесняет агрессию, используется как инструмент примирения, социальной коммуникации, приветствия. Они – единственные живые существа, кто использует многообразие сексуальных поз, практикуют анальный секс, поцелуи с языком, поддерживают постоянные сексуальные контакты с однополыми сородичами, имея ввиду ничего более, чем игру. Например, самцы могут фехтовать пенисами или, в качестве примирения, тереться мошонками друг об друга. Точно также самки могут тереться друг об друга гениталиями, в качестве акта знакомства или признания членства в стае. Если у стаи есть повод для радости, например, нахождение нового источника пищи, они отмечают этот праздник повышенной сексуальной активностью. Что интересно, бонобо являются очень мирными животными и, в отличие от других шимпанзе, их почти не замечали за поеданием других обезьян. Хотя они часто ловят мартышек или их детенышей, но, поиграв отпускают. Такой вариант организации общества вполне уместен лишь в малых группах, где бездельника, который осеменяет самок, но не участвует в добыче пищи, хорошо видно и его можно изгнать из общества. С ростом человеческих сообществ, их анонимизации, а также постоянной миграции людей, оппортунизм (осеменить и сбежать) играет деструктивную роль и такие общества не могут выйти за рамки первобытнообщинного уклада.

Вторым способом решения проблемы отцовства, является выстраивание жесткой иерархии, с альфа-самцами, которые обеспечивают себе продолжение рода, оплодотворяя свой гарем и толпой неудачников, которых лишили самок. Такое поведение также практикуется людьми в сообществах, в которых полигиния является социальной нормой. Также это наблюдается у бабуинов. У этого способа организации общества есть две проблемы. Первая заключается в том, что большинство детей, родившихся в гареме альфа-самца, не являются его детьми. Пока альфа-самец гоняется за одним нарушителем, покусившимся на его самку, в это время остальные самцы, которые, как оказывается, не такие уж и неудачники, развлекаются со всем гаремом. Так, в общем-то и должно быть. Если бы все детеныши рождались с генетическим материалом альфа-самца, то стая обезьян рано или поздно выродилась от близкородственного скрещивания и, взяв очередной приз Дарвина, ушла бы со сцены эволюции. Разумеется, человек – не бабуин и способен сознательно оградить своих жен от наплыва желающих. Богатый вельможа заточает женщин в гарем как в тюрьму и обеспечивает их охрану армией евнухов, часть из которых не утратила способность к эрекции.

Но тогда это приводит ко второй неприятности. Общество оказывается переполненным большим количеством никому не нужных мужчин в условиях дефицита самок. Такие общества теряют способность к нормальному развитию, так как уровень агрессии в них поднимается на неприемлемый уровень. В ряде случаев «лишних» мужчин можно «канализировать». Так младшие сыновья европейских феодалов отправлялись в Крестовые походы. Точно также шло исламское завоевание на востоке и точно также формировалась армия Золотой орды. Избытку мужчин в древних обществах способствовали не только брачные обычаи, но и практиковавшийся повсеместно инфантицид. В условиях, когда дети воспринимались исключительно как рабочая сила в домашнем хозяйстве, девочка была обузой, а для выдачи ее замуж требовалось приданое. Ценность жизни ребенка была куда меньшей, чем сейчас ввиду катастрофической, по современным меркам, детской смертности. Поэтому, убийство новорожденных было практически формой аборта. Но в современном обществе «лишние» мужчины не канализируемы и становится очень хорошо видно, что практика полигинии является фактором дестабилизации, отличной иллюстрацией которой служит весь Ближний восток в XX веке.

Третьим способом решения проблемы отцовства, является выстраивание такого общества, в котором бы все члены общества всеми силами защищали добрачную девственность женщин, почитали целомудрие за благо, вели соответствующую воспитательную работу, лишали бы перспектив внебрачных детей. Мужчины, при этом, отказывали бы в брачных узах не девственницам, обеспечивали бы верность своих жен моральными и техническим средствами. Такая практика предоставляет женщине лишь роль подчиненного существа, но позволяет мужчине добывать, созидать, накапливать, с достаточно большой уверенностью в том, что добытое, созданное и накопленное будет в руках прямого генетического потомка, а не какого-то бастарда. Эволюционно такие сообщества оказались в преимуществе, результатом деятельности таких сообществ стал научно-технический прогресс, накопление капитала, развитие образования и искусств, но такие сообщества потребовали жертвы в виде сексуальной дискриминации.

Так или иначе, моральное поведение, которое отличает “хорошего” человека от “плохого” это набор полезных инстинктивных реакций, приспособленных на эффективную передачу генов в тесном коллективе - первобытном племени[28]. Мораль не плоха. Без морали наше общество сейчас выглядело бы ужасно. Но именно игнорирование норм морали, к сожалению, делает людей успешными - они как "безбилетники", которые пользуются тем, что трамвайный рейс оплачен другими людьми. Такие люди становятся политиками, бизнесменами, ловеласами и криминальными авторитетами.

В этой книге читатель найдет достаточно выводов и рекомендаций, призывающих к отступлению от классических норм морали в сексе. Во-первых, это не воровство или убийство, а просто неработающая и нелепая установка в современном обществе, познавшем доказательное отцовство и контрацептивы - вещи неведомые нашим инстинктам. Во-вторых, сексуальные отношения уже давно “аморальны” в классическом понимании и человек, который вгоняет себя в рамки традиционной морали, становится лауреатом премии Дарвина и не выполняет основную задачу любого живого существа - эффективную передачу генов. Самое важное, что “аморальность” "покупателя" на сексуальном рынке - отличный инструмент парирования аморальности "продавца", который продает котов в мешке.

Сексуальная дискриминация и подчиненное положение женщины настолько закрепилось в общественном поведении, что многим женщинам доставляет физическое удовольствие сам факт подчинения, а многие мужчины испытывают эрекцию при доминировании. В русском языке даже существует два разных слова, обозначающих состояние нахождения в браке для женщин и для мужчин. Женщина – замужем. За мужем, а не впереди него. Весь институт брака в том виде, в котором он прописан в законодательствах большинства стран, по сути, является продолжением, отголоском той практики или отголоском мифа о такой практике, когда гениталии женщин закрывали на замок, чтобы они не смогли забеременеть от кого-то другого. Супружеская измена до сих пор является достаточным поводом для развода. Хотя, при этом, общественная мораль приемлемо относится к мужчинам, имеющим много половых партнеров, но не приемлет «распущенных» женщин, то есть женщин, которые осмелились практиковать секс без мысли выйти замуж за своего партнера.

Но сейчас на дворе XXI век. Сейчас каждый мужчина достаточно легко может убедиться в собственном отцовстве. К тому же сейчас считается нормой так называемый «защищенный» секс, когда люди, не стремящиеся иметь общих детей, занимаются сексом для удовольствия, а не для продолжения рода. Но моральные устои, стереотипы поведения, впечатанные в общество тысячелетиями, а тем более инстинкты, диктующие мужчине поведение, гарантирующее передачу в следующее поколение именно его генов, сломить крайне трудно. От большинства людей тяжело ожидать разумного, сознательного поведения, не отягощенного инстинктами. Но именно разумное поведение может дать больше.

Например, ревность. Смысл ревности – отрицательные эмоции, которые переживает живое существо, находящееся под угрозой невозможности размножения. Ведь, если жена изменяет мужу, то муж, вероятно, воспитывает чужих детей. Точно также женщина будет категорически против того, чтобы добытчик и кормилец добывал и кормил не только ее детей, а еще и детей от другой женщины. Женская ревность вполне уместна – шанс забеременеть всегда не нулевой и чем больше у мужчины связей на стороне, тем выше эти шансы. При этом, в условиях доказательного отцовства, от алиментов не убежишь, Однако, мужская ревность уже полностью лишена смысла – если ребенок не его – он не обязан его воспитывать. А если детей нет своих или чужих от секса вне брака, то к чему ревновать? Оправдана мужская ревность в период ухаживания. Мужчина расходует силы и ресурсы для завоевания женщины, но она, принимая ухаживание еще от одного или нескольких мужчин, уменьшает «эффективность инвестиций» ревнивца.

Стоит понимать, что эмоциональных и аффективных состояний в ситуации, когда именно жена изменяет мало кому удаётся избежать, в отличие от явно более взвешенного подхода, в случае с мужской изменой. Лимбическая система обычно вопросов не задаёт и на подобные темы философски не рефлексирует. Реакционные частнособственнические инстинкты прошиты в нас слишком глубоко. Это - здоровое желание самца не расходовать свои ресурсы в чужой генофонд. Да, у супругов со временем уходит дофаминовый угар, постепенно выветриваются остатки окситоцина, все запланированные дети уже рождены, а новых не планируется. Отношения держатся на банальном социальном договоре. Но беда в том, что в этом договоре негласно прописаны правила, нарушение которых очень быстро мобилизует очень глубинные эволюционные программы. Даже если на внешнем уровне, по прошествии времени, жена/патрнерша является чем–то вроде привычного атрибута, и соотносится больше с ресурсами комфорта/стабильности, а не пылкой влюблённости и страсти — тот факт, что кто–то «совал член» в этот атрибут комфорта, очень критичен с точки зрения эволюционной логики: «Я вот зарабатываю, обеспечиваю самку ресурсами (неважно даже обеспечиваю на деле или она сама себя обеспечивает, большее значение имеет как раз априорная эволюционная модель), а тут — такой шабаш, такое коварство» Лимбическая система реагирует на такие инсинуации весьма жестко.

Женщины, кстати, знают об этом, и довольно часто этим пользуются. Существенная часть женских хождений "налево" делается достаточно небрежно, с аккуратным разбрасыванием "хлебных крошек", неизбежно ведущих к обнаружению хитроумного плана мужчиной. Для мужчин в этом есть хорошая новость: стоит реально понять, сколько в действиях супруги провокации, и вполне вероятно подсознательного желания мобилизовать мужа, а сколько реального желания сменить партнёра, что в общем–то в большинстве случаев для женщины — достаточно тяжелое решение, которого многие избегают, даже в случае, если партнёр стабильно ведёт себя как варвар и дебил. Мужчинам стоит просто понимать, что женский взгляд на измену, как правило, спокойнее мужского, так как “модули”, оценивающие ресурсы отцовских инвестиций являются более новыми и надстроечными, по сравнению с более древними “модулями”, оценивающими успешность собственного размножения. Поэтому женщина может представить себе “небрежную” измену в качестве метода стимуляции. Мужчине же именно такая мотивация измены вообще не лезет в голову.

Точно также можно сказать и о женском целомудрии. Да, до сих пор в обществе существуют биологически обоснованные стереотипы, согласно которым женщина, имеющая нескольких половых партнеров, не честна. Однако, заставлять женщину иметь лишь одного партнера нечестно также. И речь идет не о переборе партнеров «по очереди» С точки зрения оптимального и осознанного поведения женщины на сексуальном рынке, ей выгодно практиковать отношения с несколькими мужчинами одновременно, но так, чтобы ни один из них об этом не подозревал.

Дело в том, что половая сдержанность женщины оценивается мужским биокомпьютером как признак надежности его отцовских инвестиций в потомство. Женщина, которая "не дает", с меньшей вероятностью поддастся соблазну внебрачных связей, чем женщина, оказавшаяся легкодоступной или вообще декларирует "свободу отношений". Мужчина, таким образом, инстинктивно оптимизируя свою стратегию размножения, будет инвестировать время и ресурсы в поддержание союза с "целомудренной" женщиной, при этом как можно чаще осеменять тех, которые более податливы, но не жениться на них и не участвовать в воспитании детей, родившихся от этих женщин. Такое инстинктивное поведение мужчин может иногда заманивать их в "динамо" ловушку. Девушки могут получать от мужчины все больше и больше инвестиций ухаживания именно потому, что они даже не намерены вообще воспринимать такого мужчину как сексуального партнера. А мужчина, при этом, продолжает "добиваться" женщины, которая, по их мнению, является верхом целомудрия и, что еще веселее, получать внутреннее дофаминовое и эндорфинове вознаграждение от предоставления женщине подарков, содержания и пестования ее.

Владение одновременно несколькими половыми партнерами - именно для успешного замужества - стратегия, которая вообще не вписывается в стандартные алгоритмы человека как живого существа, живущего небольшими замкнутыми группами где все друг друга знают, и где каждая женщина должна либо следить за своей репутацией, чтобы продать себя подороже либо, в отсутствие спроса на себя со стороны высокоранговых самцов, "скатываться" в положение шлюхи, чтобы довольствоваться остатками со стола. Но современное общество анонимизировано, человек как вид животных к нему не привык, не привык точно также как к наличию контрацептивов. И именно в этой новой обстановке женщина может оптимизировать свою брачную стратегию. Требование оптимизации стратегии возникает также и из-за того, что современное анонмизированное общество лишилось весьма важного института, дающего женщинам гарантии - института административно навязанного пожизненного брака. Если мужчина раньше был вынужден жениться и оставаться навеки со своей женой, то сегодня у мужчины таких обязательств нет и добрачный секс - норма жизни.

Девушка встречается с парнем, проходит два года и они расходятся. За это время парень только стал лучше и привлекательнее на сексуальном рынке и у него возросло количество потенциальных половых партнеров. Но девушка за два года стала старше и ухудшила свои конкурентные преимущества. При этом, девушка, «покупая» парня, брала кота в мешке. Она не могла оценить его важные характеристики и соответствие их своим ожиданиям и потребностям до того, как начала с ним встречаться. В таких условиях, оптимальной стратегией поведения является взятие одновременно нескольких мешков с котами. Тогда за два года девушка успеет перепробовать больше парней и выбрать наиболее подходящего, а не оказываться, после двух-трех лет отношений с парнем перед выбором: принять его предложение выйти за него замуж или выйти снова на сексуальный рынок, находясь в худших, чем раньше условиях.

Но такое поведение табуировано и находится под моральным запретом. Понятно почему – девушка, исповедующая свободные отношения, не будет взята замуж ни одним мужчиной, в условиях отсутствия контрацепции и доказательного отцовства. Но нормы религии и морали, согласно которым продолжают воспитывать и, фактически, порабощать, женщин, не знали терминов «ДНК-тест» или «презерватив». Точно также о существовании презервативов не знают и древние системы в мозгу человека. Каждый раз, когда человек со всей страстью занимается сексом, 98% мозга человека заняты размножением и лишь 2% аккуратно расчехляют кондом.

Женщины, находясь в рамках норм старой морали, всегда будут с опаской вступать в новые отношения с мужчинами – ведь отношения для них, вероятно, трата времени. Они не представляют себе даже возможности «изменить» своему молодому человеку. Женщины, находясь в рамках норм старой морали, будут вынуждены принимать предложения о браке, даже если их ухажер не до конца соответствует тому идеалу, который они себе выстроили в голове. Женщины, находясь в рамках норм старой морали, в отличие от мужчин, практически лишены возможности пробовать и решать, что для их лучше. Часто они даже и не знают, насколько разными бывают отношения с мужчинами, так как им не представилось шанса испытать весь спектр этих различий.

Но не только мораль, а цена ошибки, удерживают женщин от «свободных» отношений. Ведь не существует контрацептивов со 100% эффективностью. И, если в результате секса был зачат ребенок, а от прерывания беременности женщина отказалась, то склонить мужчину к женитьбе скорее всего можно лишь тогда, когда отец ребенка уверен в своем отцовстве. Воспитывать ребенка в одиночку очень тяжело и часто это буквально ломает судьбу женщины. Она не способна уделять достаточно времени работе и образованию и оказывается в проигрышном положении с точки зрения карьеры и дохода, что, в свою очередь, ухудшает перспективы эффективного размножения ее детей. Но боязнь забеременеть обусловлена, по большому счету не недостаточной надежностью контрацептивов, а все теми же древними отделами мозга, которые не ведают об их существовании и воспринимают каждый половой акт как попытку зачатия.

Женщину также останавливает от «измены», вероятная реакция ее текущего полового партнера. Именно он воспримет свободное поведение женщины как измену, именно он предъявляет собственнические претензии к ней. Что важно, что никакого права на такие претензии он не имеет. До тех пор, пока он не содержит женщину и/или ее детей, он не имеет права что-то запрещать или разрешать ей. А то, что он ухаживает за женщиной и расходует на процесс ухаживания свое время и ресурсы, так это, его личное дело, которое доставляет ему удовольствие само по себе. Ему хочется ухаживать точно также как белочке собирать орехи. При этом, при выборе женщиной свободной модели поведения, ей стоит опасаться отрицательной реакции ее текущего партнера. Свобода свободой, а тайна тайной. В этом суть игры, в которой оба пола изо всех сил стремятся эксплуатировать друг друга. Если бы противоположный пол не был для другого пола ценным ресурсом, который стоит эксплуатировать, вообще не было бы предмета разговора. Только меньшинство мужчин, обладающих рассудком и сознанием примет женскую свободу как разумеющуюся. Мужчина – инстинктивный собственник и претендует на постоянное партнерство как само собой разумеющееся. Он инстинктивно заинтересован в эффективности своих родительских инвестиций именно в своих детей и ему, для заключения стратегической сделки, всегда по душе будет "мадонна", а не "шлюха". К тому же, большое количество мужчин у женщины лишает мужчину монопольного права и его угрозы разрыва отношений не ухудшают никак положение женщины, имеющей еще несколько мужчин «в запасе».

Очень неприятно выглядит, исходя из вышенаписанного, так называемый «гражданский брак». Форма отношений мужчины и женщины, когда женщина довольствуется ролью постоянного сожителя мужчины, рассказывает всем, что она замужем, но «штампа в паспорте» она не имеет, и «муж» не стремится заводить детей. С точки зрения сексуального рынка, мужчина понимает, что «приобретает» актив, который со временем теряет в цене и потому его выгоднее «брать в аренду» и сдавать обратно по мере использования. Никаких обязательств, никаких транзакционных издержек по выходу из состояния совместного сожительства. Говоришь «До свидания» и всё. При этом женщина, де-факто, лишена права на сексуальные контакты с другими мужчинами или на продолжение поиска подходящего отца своим будущим детям. Мужчина, наоборот, вполне свободен. Если «жена» уличит его в измене, то… ок – она и уйдет не солоно хлебавши, не имея механизма выставить материальные претензии «мужу», и окажется снова на сексуальном рынке, постарев и потеряв часть своей стоимости. Потому «гражданский брак» может быть до конца честной сделкой только тогда, когда партнеры осознают, что этот «брак» не является обещанием верности, и женщина имеет право продолжать поиски мужа, получая от текущего сожителя сексуальное удовлетворение и экономию расходов от совместного проживания под одной крышей. Интересно, что ввиду такого невыгодного положения женщины, которая вынуждена соглашаться хотя бы на «гражданский» брак, в гражданском законодательстве ряда стран совместное сожительство приравнено к законному браку. Для доказательства такого сожительства достаточно предъявить суду показания свидетелей, например, соседей, которые подтвердят, что пара жила вместе.

По сути

• Общественная мораль направлена на обеспечение уверенности мужчины, что дети, которых он воспитывают – его.

• Моральное поведение в области секса уместно и полезно в тесных сообществах неолита, но не в анонимизированном урбанизированном сообществе. Соблюдение норм сексуальной морали уже просто неуместно.

• Несмотря на то, что мужчины диктуют женщинам свои претензии на их целомудрие, женщине выгодно поддерживать отношения с несколькими мужчинами, разумеется, держа их в тайне.

• Женщине выгодно показывать мужчине свое целомудрие. В этом случае мужчина получает больше уверенности в своем потенциальном отцовстве.

• Осознание причин ревности может оптимизировать поведение агентов на сексуальном рынке. Нет смысла ревновать, если нет прямой угрозы размножению.

• Гражданский брак только тогда будет равноценным для обоих партнеров, когда партнеры не будут претендовать на сексуальную монополию в отношении друг друга

Большой обман

— Джек, видишь эту кучу дерьма?

— Да, Том.

— Хочешь, я тебе дам 100 долларов, а ты ее съешь?

— По рукам!

— А теперь ты- Том, видишь ту кучу дерьма?

— Да, Джек.

— Хочешь, я тебе тоже дам 100 дол-ларов, а ты ее тоже съешь?

— Не вопрос!

— Джек, а тебе не кажется, что мы на шару дерьма нажрались?

Анекдот про ковбоев

Когда люди принимают решение вступить в брак, они ищут какую-то пользу для себя в партнере, которого они выбрали. Если мы берем что-то для того, чтобы получить пользу то мы планируем это эксплуатировать. Брак – это намерение эксплуатации партнера, а вся супружеская жизнь – взаимная эксплуатация. Мы, вступая в брак, всегда рассчитываем получить больше, чем отдать. Иначе это не будет называться эксплуатацией или, более спокойными словами, получением пользы.

Браки, в которых одному партнеру удается эксплуатировать другого в большей степени чем другому первого, недолговечны. Никто не будет терпеть эксплуатацию и предпримет действия для разрыва отношений. Равновесные браки – вещь крайне маловероятная и практически невозможная. К тому же, равновесный брак вообще лишен смысла для обоих партнеров, так как отношения, существующие в нем, очень напоминают отношения ковбоев из анекдота, вынесенного в эпиграф.

Жизнь наполнена браками средней степени несчастья, в которых эксплуатируемый партнер не расторгает брак лишь потому, что он не готов столкнуться с издержками выхода и готов терпеть монополию. Брак будет расторгаться тогда, когда прямые и косвенные затраты эксплуатируемого партнера, связанные с расторжением брака будут сравнимы в инвестиционной перспективе с потерями, которые партнер несет от ежедневного нахождения в браке. То есть, если «платежный баланс» одного из партнеров приводит к потерям в 10 условных единиц в год, то на развод можно идти, если он обойдется в меньше, чем, скажем, 100 единиц – зависит от ощущений человека, принимающего решение о разводе: насколько далеко он способен заглянуть в будущее, как много еще готов терпеть и так далее. Соответственно, эксплуатирующий партнер таким образом корректирует свое поведение, чтобы эксплуатируемому было не выгодно идти на разрыв отношений.

Если эксплуатируемый партнер живет «одним днем», то есть, умственно ограничен, то ему можно и вообще на шею сесть. Так как такой партнер сравнивает расходы на развод не с суммой издержек от нахождения в браке, а с издержками конкретно сегодня. Ведь, если не смотреть в будущее, потерять 10 единиц лучше, чем потерять 100 – значит, выгодно терпеть.

Приобретение для брака неумного партнера – хорошая перспектива с точки зрения обеспечения надежности этого брака. Тем более, что уровень взаимной эксплуатации, как правило, не постоянен. Он может со временем, возрастать, например, потому, что один партнер будет брать от брака все меньше, а давать все больше. Муж, делающий карьеру и становящийся все более качественным отцом-инвестором будет давать браку, со временем, больше, чем жена, теряющая со временем свою физическую привлекательность и фертильность. Точно также и наоборот, жена, вкладывающая свои силы, душу и культуру в воспитание детей будет являться более ценным ресурсом для семьи, чем безработный или пьющий муж.

Единственное, что останавливает людей от выбора себе в партнеры «простых, но надежных парней» или «тупых, но грудастых блондинок», это культура, которую, благодаря ее свойствам, требуется передать в следующее поколение точно также, как и гены. Каждый партнер так или иначе ожидает от другого, что он будет вкладывать свою культуру в общих детей. И если один из партнеров заметно менее культурен, то и передавать, собственно нечего. Смысл брака исчезает, не успев появиться. Также естественный отбор у людей пошел по такому пути, в котором не только культура, но и интеллект партнёра являются явными сексуальными преимуществами. Если бы люди, выбирая себе партнера, никак не ценили бы его интеллект, то они бы никогда не смогли стать видом живых существ, обладающих разумом. Интеллект дает человеку явные преимущества в выживании и потому он – важный фактор в выборе партнера.

Получается, что надежный партнер является неким компромиссом между желаемым высоким уровнем интеллекта и культуры и, точно также желаемой ограниченностью и неспособность планировать будущее дальше, чем до Нового года. Сверхумники будут выглядеть непривлекательно - явными занудами и теми, кого тяжело обманывать. Совсем тупые – неспособными воспитывать детей или вообще оставаться обеспеченными и здоровыми в современном мире. В итоге мы наблюдаем 30 декабря толпы в супермаркетах, состоящих из людей, неистово скупающих продукты, которые дальше Нового года думать не умеют и подсознательно считают его «самым последним днем», но, зато счастливых в семейной жизни. Таких подавляющее большинство. Природа и простая экономически-инвестиционная логика выбора партнера постарались, чтобы люди не становились слишком умными или слишком тупыми, иначе это может помешать их размножению[29].

Вступая в брак мы начинаем злую и безжалостную игру взаимной эксплуатации. Ставки велики – вся жизнь. Попытки угадать «кто кого» производятся уже на церемонии бракосочетания – кто первый наступит на рушник, тот в доме и хозяин – одна из таких примет. Люди не осознают величины ставок и играют. Хотя если мы спросим у любого, готов ли он сыграть в орлянку на все свое состояние – орел, все потерять или решка – все удвоить, то в большинстве случаев мы услышим отказ. Люди ценят надежность и инстинктивно избегают рисков. Лучше остаться «при своих» чем играть в столь рискованную игру. К тому же, в отличие от орлянки, брак это именно взаимная эксплуатация и там нет, по большому счету, выигравших. Нельзя сохранить брак, не привнося в него что-то со своей стороны и даже эксплуатируемый партнер вынуждает эксплуатирующего стараться, чтобы «нетто убыток» не превышал уровня принятия решения о разводе. Утешит ли раба на каменоломнях то, что его надсмотрщик, такой же раб, тоже рубит камни в другую смену, но чуть больше?

Но к браку нас ведет не разум, а инстинкты. Встроенная в нас система вознаграждения, рассчитана на простую коммуникацию, к которой прибегает дрессировщик, желающий принудить тюленя хлопать ластами «в ладоши», стоя на тумбе и держа мяч на кончике носа. Наши гены, ведя нас по пути размножения, точно также, как и дрессировщик, выдают нам сахарок за хорошее поведение и бьют плеткой за плохое, невыгодное для них. Гены не умеют общаться высокими абстракциями и потому стимулируют нас идти по стандартному пути, гарантирующему с максимальной надежностью, передачу генетической информации в следующее поколение. Шаг за шагом: сначала нам сделают приятно за то, что мы влезли на тумбу. Потом нам сделают приятно за то, что мы удержим мяч на носу, а потом – за то, что мы аплодируем ластами.

Применение мотивации в бизнесе точно также должно предусматривать вознаграждение не только за окончательный результат, а за промежуточные шаги. Нет смысла награждать продавца большим призом, чем комиссионным вознаграждением, за то, что он совершил продажу. Мы не регулируем, таким образом поведение продавца и не стимулируем его к правильной активности. Мы не помогаем продавцу прийти к продаже. Правильные стимулирующие меры должны учитывать и количество совершенных звонков клиентам (в виде принуждения или в виде вознаграждения) и количество встреч и количество отправленных коммерческих предложений. В продажах есть термин «воронка продаж», в целом он означает, что совершив определенное количество звонков, можно получить, через несколько шагов сделку. И чем больше будет сделано звонков, тем больше, несмотря на отказы, будет назначено встреч и тем больше будет сделок. Философия отслеживания промежуточных результатов лежит и в подходе BSC – Balanced Score Card, согласно которому, кроме конкретных финансовых показателей – объемов продаж или прибыли, следует отслеживать клиентов – их количество, качество и удовлетворенность. А чтобы клиенты были удовлетворены – нужно следить за процессами. А процессы делают люди. Получается, что правильная кадровая политика может обеспечить как бы «сама собой» и хорошие продажи. При этом, вообще невозможно управлять бизнесом, глядя на свершившийся факт – объемы продаж и прибыль. Исходя из подхода BSC, сотрудникам устанавливают ключевые показатели эффективности так, чтобы они получали премии за вещи, которые прямо и косвенно влияют на объемы продаж (клиенты, процессы, кадры), а не за сами продажи.

Точно также действует и встроенная в нас система вознаграждения. Есть «стандартный сценарий» - найти партнера, вовлечь его в брак, получить от него материнские или отцовские инвестиции, вырастить следующее поколение, которое будет содержать наш генетический материал. Когда девушка получает удовольствие от того, что прижимается к парню – ее вознаграждают за это гены – молодец, хороший тюлень. Девушке уютно. Девушке хочется следующего шага – поцелуя. За поцелуй она тоже получит сахарок и ей будет приятно и уютно. Точно также как будет ей уютно, если она сможет найти сухое убежище в грозу – она получит вознаграждение за результат поисковой активности, дающей ей больше шансов на выживание и, следовательно, размножение. Удовольствие от расщелины в скале, которое будет получать девушка, будет находиться в прямой связи с тем, каков уровень опасности будет исходить от бури, бушующей снаружи. При этом, в спокойный день, девушка вообще не получит никакого удовлетворения от посещения таких мрачных укрытий. Парень будет получать удовольствие, делая подарки девушке. Ему будет искренне приятно их делать, хотя, на самом деле, весь его молодой организм в этот момент просто исполняет следующий шаг, ведущий его к размножению.

Дрессировщик со временем перестаёт давать сахарок тюленю за каждый выполненный им шаг. Сахарок выдается в конце трюка, если требуется этот трюк повторить впоследствии. Но тюлень продолжает совершать серию последовательных действий, ведомый надеждой на сахарок. Ведь, на самом деле, тюленя заставляет делать что-то для него необычное не награда, а ее обещание. Обещание награды, а не сама награда заставляет нас вступать в отношения с противоположным полом, хотя никакой награды как таковой мы не получаем. Мы получаем еще большее обещание еще большей награды. Гены играют с нами в финансовую пирамиду – не давая нам ничего взамен, заставляют нас страдать все больше и больше с каждым следующим шагом на пути к счастью. Счастью ли? Мы стремимся исполнить свои желания, даже не осознавая того, что человек, которому нечего больше желать подобен во всем человеку, которому ничего больше не хочется. Апатия и депрессия, а не награда – вот, что ждет нас в конце любого пути, на который нас ставит система вознаграждения в нашем мозгу. Счастливы те, кто не достиг до конца своих целей. Они не доживают до апатии и депрессии и полны жизни до самого последнего момента.

Система вознаграждения, как дрессировщик, обещающий, но не дающий сахарок, обещает нам, что все будет хорошо, когда мы найдем себе партнера. Потом, что все будет хорошо, когда вы поженитесь, несмотря на то, что брак сам по себе – риск несчастья с вероятностью 50%. Потом она нам обещают – вот родите детей, будет счастье. Потом просит потерпеть, когда они вырастут. А когда выросли, начинает требовать внуков. Но, в реальности, каждый следующий шаг приносит все больше забот, проблем, несвободы и затрат. Нас продолжают подбадривать наркотиками, которые выделяются при первом поцелуе, при виде детской улыбки, пятерки в школе, первой влюбленности наших детей. И это – стремление к следующей цели, наполняет нашу жизнь смыслом, которого, на самом деле нет.

С точки зрения экономики, менеджмента и управления рисками, имело бы больше смыл заводить детей, не вступая в брак, а получая все «брачные сервисы» на аутсорсинге. Именно так все чаще поступают состоятельные мужчины, которые покупают донорскую яйцеклетку, выбирая биологическую мать из банка доноров, оплачивают услуги суррогатной матери, а женятся, по контракту, на третьей особе. Для них расходы на подобные манипуляции оказываются более приемлемыми, чем риски, сопутствующие вступлению в брак с матерью своих детей. Однако, в большинстве случаев, мужчины не способны самостоятельно родить ребенка, а женщины нетрудоспособны некоторое время до и после родов и, соответственно, в большинстве случаев требуют поддержки. Вместе с тем, состоятельной женщине также, как и состоятельному мужчине, выгодно рожать самостоятельно, выбрав для себя качественного самца-осеменителя или выбрав подходящего кандидата в банке доноров спермы.

Мужчина или женщина, находящиеся на верхней ступени социальной, культурной или интеллектуальной пирамиды, если вступают в брак, с большей вероятностью будут эксплуатируемым субъектом, а не эксплуататором – их родительские инвестиции и уровень культуры будут позволять им давать больше, чем брать от брака, а их интеллект, умеющий считать на будущее, будет стимулировать их к разводу и делать их несчастными.

Чтобы перейти от модели взаимной эксплуатации к модели взаимной выгоды, стоит выключить желания и инстинкты и принять трезвое и обдуманное решение, в котором нет месту словам “любовь”, “привязанность” или “страсть”. Инстинкты, которые маленькими шажками толкают нас в долговую яму взаимной эксплуатации, удовлетворяются самым примитивным, транзакционным уровнем сделки. Хорошим признаком транзакционной сделки является количество времени, которое мы тратим на обдумывание сделки и количество эмоций, которые участвуют в ее заключении. Чем меньше эмоций и чем больше обдумывания - тем скорее сделка похожа на консультационную или стратегическую. Счастливый брак, который обеспечивается инстинктами, от инстинктов же и зависит. Например, пары, ведомые инстинктами, и не наблюдающие постоянного ежегодного приплода, должны или разойтись, или начать искать приключения вне семьи, так как “модуль оценки бесплодности”, встроенный в каждого из нас, начнет стимулировать супругов к смене партнера. Люди всегда искали защиту от такого поведения, начиная с чисто манипуляционных техник вроде организации дорогой свадьбы и заканчивая законодательным запрещением развода и адюльтера. Сейчас эти меры все менее актуальны. При этом, институт брака существует до сих пор лишь потому, что он превратился или превращается в сугубо экономическую, не эксплуататорскую, а, наоборот, взаимовыгодную, сделку. Современный брак это, по сути, потребительский кооператив, участники которого выигрывают от совместного использования материальных благ. И тогда, кроме взаимной биологической эксплуатации, партнеры от брака начинают получать четкие материальные выгоды, тратя на свою жизнь и быт значительно меньше денег и ресурсов и защищая себя от временных неурядиц вроде болезни или потери работы.

Однако, брак экономически выгоден партнерам лишь до тех пор, пока у них нет детей. Наличие детей нивелирует экономические преимущества участников брака. Дети требуют ресурсов и времени, дети увеличивают риски и уменьшают свободу. Нет никакой экономической выгоды в том, чтобы кормить еще нескольких спиногрызов, рассчитывая получить у них стакан воды перед смертью. Если нет экономической выгоды, а дети все равно появляются на свет, значит есть биологическая. Наши гены меньше всего озабочены процветанием каждого из нас, но больше всего процветанием нашего потомства. Наши гены постараются сделать так, чтобы мы чувствовали себя несчастными без детей, если программа размножения у нас не выключена по каким-либо причинам. И в этом случае брак также можно рассматривать как взаимовыгодную сделку, когда вынужденные затраты ресурсов, идущих на воспитание следующего поколения, распределяются между обоими родителями, а счастье, читай наркотики, материнства и отцовства оба родителя получают в полной мере.

По сути

• Брак – это взаимная эксплуатация. Взаимные преимущества от брака можно получить, только если в браке не планируются дети.

• Если вы принадлежите к «сливкам общества» - у вас выдающиеся «товарные» характеристики на сексуальном рынке: состояние, интеллект, культура, внешние данные, то вам, вероятно, стоит отказаться от брака, так как вы станете скорее жертвой эксплуатации, а не эксплуататором.

• Слишком умные не размножаются. Они становятся умнее своих генов.

• К браку нас ведут инстинкты. Однако, встав на путь, который нам уготовили наши гены, мы обречены на вечные поиски счастья, но не счастье само по себе.

• Самое лучшее – выбрать себе партнера разумом, не будучи еще в него влюбленным. Любовь придет, она включится автоматически, если вы достаточно долго имеете близкие и дружеские отношения, основанные на взаимопомощи и взаимной пользе, с представителем противоположного пола.

Куда подевались настоящие мужчины?

Если, с эволюционной точки зрения, женщины всегда будут отдавать преимущество самым лучшим мужчинам, то, к настоящему моменту, в популяции должны остаться лишь самые лучшие. Однако те, кто является «самым лучшим» сейчас не обязательно должен быть «самым лучшим» потом и природа, а заодно и экономика с математикой, постарались, чтобы в популяции всегда сохранялось разнообразие.

Как это происходит? Один из способов сохранения разнообразия популяции применяется, разумеется, невольно, бабуинами. Эти приматы во многих аспектах своего социального поведения подобны людям и, наблюдая за ними, можно более четко понять, что в человеческом поведении – человеческое, а что, на самом деле, - более древнее.

Известно, что бабуины живут стаями, образованными вокруг вожака, альфа-самца и его гарема. Все самки в стае принадлежат вожаку, а остальные самцы, не солоно хлебавши, трутся на периферии. В такой ситуации все детеныши, должно быть, являются детьми альфа-самца, а это неминуемо приводит к близкородственному скрещиванию и, как следствие, вырождению популяции. Однако, на самом деле все намного интереснее.

Так или иначе, какой-то периферийный самец решается поухаживать за одной из самок. При этом, похотливая самка бабуина, собственно, не против получить дозу внимания со стороны самца, ведь ее «законный супруг» очень занят и ей очень редко перепадает счастье совокупиться с вожаком, несмотря на то, что она, хоть одна из многих, но – его самка.

Вожак, видя такой беспорядок, атакует наглеца и они, с воплями и криками начинают бегать друг за дружкой вокруг территории, которую занимает стая. Пока альфа-самец занят демонстрацией своего превосходства, остальные самцы получают возможность совокупиться с самками. В итоге, когда вожак возвращается на свое престижное место на ветке, вся стая уже мирно жует бананы, так как все уже сексуально удовлетворены. В итоге выходит, что большинство детенышей в стае бабуинов не являются наследниками вожака[30].

Разумеется, что подобный способ размножения свойственен и людям. Статистические исследования показывают, что в обществе до 30%[31] всех рожденных детей не являются биологическими детьми своих законных, и не подозревающих обмана, отцов[32]. К этой цифре стоит добавить большое количество мужчин, которые воспитывают чужих детей и знают об этом – вступив в брак с женщиной с детьми. А, учитывая, что лишь каждый 12-й незащищенный половой акт приводит к беременности и то, что женщина, благодаря достижениями медицины, вольна управлять своей беременностью или способностью к зачатию, можно предположить, насколько вообще в обществе распространен адюльтер. И тогда получится, что беременностей в браке «не от мужа» будет чуть ли не половина из всех, если не больше[33]. Просто большая часть таких беременностей прерывается. А если понимать, что не каждая внебрачная связь вообще приводит к беременности, выходит, что женщины, за редким исключением и точно также, как и мужчины, достаточно свободно относятся к нерушимости брачных уз. И мы не наблюдаем массового появления плодов внебрачной любви лишь потому, что человек – существо разумное и способен, а) планировать и б) что-то предпринимать, пока не поздно.

Вторым препятствием за доминирование среди наследников потомков альфа-самцов, является математика и ее прямое приложение в экономике. Часто ведущие корпорации на рынке сражаются друг с другом, наносят маркетинговые удары, тратят безумные деньги на рекламные бюджеты, сосредотачиваются на конкуренции друг с другом по всем позициям. В результате вперед вырывается какая-нибудь второстепенная фирма, с которой просто никто не боролся. Пока Nokia состязалась с Samsung, на рынке появился iPhone и стал лидером, несмотря на более высокую цену и сложности совместимости с другими устройствами на рынке. Пока гиганты фото индустрии: Kodak, Agfa и Fuji состязались за первое место на рынке фотоматериалов, незаметно появилась цифровая фотография и производители фотоаппаратов решили задачи потребителей без применения фотопленки.

Парадокс, в результате которого, победителем оказывается не сильнейший, называется в математике задачей «дуэль на троих». Смит, Браун и Джонс, решив внести в обычную дуэль на пистолетах некоторое разнообразие, условились провести поединок по несколько измененным правилам. Вытащив жребий и узнав, кому из них выпало стрелять первым, кому — вторым и кому — третьим, они разошлись по своим местам, встав в вершинах равностороннего треугольника. Договорились, что каждый по очереди производит лишь один выстрел и может целиться в кого угодно. Дуэль продолжается до тех пор, пока не будут убиты любые два ее участника. Очередность стрельбы определяется только результатами жеребьевки и остается неизменной в течение всего поединка. Все три участника знают, что Смит никогда не промахивается, Браун попадает в цель в 80 % случаев, а Джонс, стреляющий хуже всех, промахивается так же часто, как и попадает в цель.

Кто из дуэлянтов имеет более высокий шанс уцелеть, если считать, что все трое придерживаются оптимальных стратегий, и никто из них не будет убит шальной пулей, предназначенной другому? Оказывается, что наибольшую вероятность выжить в «треугольной» дуэли имеет худший из стрелков, Джонс. Следом за ним идет Смит, который никогда не промахивается. Поскольку противники Джонса, когда настает их очередь стрелять, целятся друг в друга, оптимальная стратегия для Джонса заключается в том, чтобы стрелять в воздух до тех пор, пока один из его противников не будет убит[34]. После этого он стреляет в оставшегося противника, имея перед ним большое преимущество.

Ход истории 20-го века был определен как раз оптимальным решением этой задачи. Германия, Союзники и СССР решали ее для себя. И Союзники поддержали СССР как более слабого игрока, чтобы нейтрализовать более сильного. При этом, СССР как более слабый игрок[35], пытался заключить мир с Германией[36], чтобы Германия могла сосредоточить свои усилия на более сильных соперниках – Союзниках. В итоге над Рейхстагом развевался красный флаг – флаг слабейшего из игроков, а не звездно-полосатый. Нейтрализация СССР в последующие годы стала уже делом техники и Холодной войны, которую инициировали Союзники для подавления СССР.

Никколо Макиавелли в своем сочинении «Государь», посвященном правилам, которым должен следовать правитель, также предлагал государю оказывать содействие слабым, а не сильным. Так как сильный всегда может победить государя, а слабые, объединившись с государем, всегда победят сильного. Но, если, следуя этой стратегии, оба сильных игрока будут помогать слабому и бороться друг с другом, то, рано или поздно наступит момент, когда слабый станет сильнее своих бывших сильных соперников.

На сексуальном рынке, где точно также присутствует конкуренция и состязательность, всегда будут иметь место случаи, когда, при борьбе за обладание особью противоположного пола, сильные соперники или соперницы нейтрализуют друг друга, дав дорогу более слабым. Это может быть и явная война, например, когда девушки, желая быть более привлекательными для парня, начинают топить друг друга в грязи, делая, тем самым непривлекательными себя же и отдавая парня какой-то третьей скромной участнице поединка, которая даже и не пыталась лезть в драку. Также это может быть не явная борьба, основанная на ожиданиях. Мужчины, видя, что им, в борьбе за руку и сердце женщины, противостоит другой сильный соперник могут взаимно отказаться от борьбы, и женщина достанется кому-то третьему, который был слабее первых двух. И речь идет не о физической силе или не только о ней. Мужчине нет смысла состязаться широтой души и изощренностью ухаживаний, ему нет смысла тратить своё время, имея не 100% шансов на успех, а 50%.

Третьей причиной являются сами женщины. Часто их выбор падает на более слабых самцов и руководствуются они, или встроенные в них компьютеры, следующими соображениями: 1. Слабый самец - отличное поле для инвестиций и слабого можно вырастить в сильного, обеспечив, таким образом, свою полезность в качестве стороны стратегической сделки. 2. Зная о наличии такого эффекта анонимизированого общества как домашнее насилие, которое быстро бы пресекалось в условиях прозрачного стада, женщины ищут более слабого самца, чтобы обезопасить себя и своих детей от агрессии. Однако, ирония заключается в том, что слабые самцы всегда более агрессивны и, выбирая слабого, женщина, таким образом, обеспечивает себе домашнее насилие. Агрессивность слабых самцов объясняется природой человеческого сообщества. Слабая особь должна создавать себе репутацию «лучше не трогай меня», это защищает ее от большинства потенциальных агрессоров, которые просто не захотят связываться с ней. Эта поведенческая схема развилась не только у людей. Она присутствует у всех животных, образующих в естественных условиях, иерархические сообщества. Те же собаки. Их злость и агрессия очень хорошо коррелируют с их размером. Также, стоит понимать, что слабый и неуверенный в себе человек будет искать способ компенсации своей слабости и самоутверждаться. Да, хотя бы путем унижения своих близких. Агрессия, направленная на беззащитных или условно беззащитных домочадцев, придает мужчине недолгое, но важное ему удовлетворение доминирования.

Четвёртый механизм, обеспечивающий размножение не самым сильным самцам, описан в главе «Проклятие красоты», в том месте, где идет речь об «эффекте приманки». Люди, да и животные, что подтверждено экспериментально, склонны делать выбор не в пользу самого лучшего товара или кандидата в супруги и этот выбор оправдан математически.

Выходит, что именно рыночные отношения, которые имеют место на сексуальном рынке, мешают «настоящим мужчинам» эффективно размножаться, и они уступают лучших женщин, конкуренция за которых особенно остра, более посредственным «мужчинкам».

По сути

• Если соперников больше двух, слабый часто выигрывает.

• Посредственные мужчины, как и посредственные женщины получают преимущества на сексуальном рынке.

• Преимущества посредственных мужчин имеет как биологическое, так и математическое объяснение. Преимущества посредственных женщин – математическое, в условиях состязательности.

• Если у вас есть соперник или соперница, имеет смысл подключить к состязанию другого сильного соперника. Враг моего врага – мой друг.


[1]Эвристика — алгоритм решения задачи, не имеющий строгого обоснования, но, тем не менее, дающий приемлемое решение задачи в большинстве практически значимых случаев.

[2]Познакомьтесь. Читатель, это – Белочка. Белочка, это – читатель. Белочка будет вместе с нами до конца книги.

[3]Например, таких, которые заставляют азартного игрока продолжать дергать рычаг игрового автомата, несмотря на то, что ни один игровой автомат не настроен выдавать больше монет, чем принял.

[4]Большинство наркотиков так или иначе вмешиваются в механизмы действия нейромедиаторов. Они или являются их синтетическими, часто более действенными аналогами, провоцируют их избыток или, наоборот недостаток либо просто являются теми же самыми веществами, но поставляемыми в мозг в огромных, нарушающих работу нервной системы, количествах.

[5]Д.Гилберт в книге «Спотыкаясь о счастье» описал человека как единственное животное, способное видеть будущее. Стоит, однако, помнить, что между человеком и животным нет ни единого качественного различия. Есть только количественные. «Видят будущее» и высшие приматы, однако не настолько хорошо, как человек.

[6]Теория взаимного альтруизма разработана американским биологом Робертом Триверсом, который показал при помощи моделирования, что естественный отбор может поддержать склонность животных оказывать услуги соплеменникам, если это повышает вероятность ответных услуг (Trivers, 1971. The evolution of reciprocal altruism,). Взаимный альтруизм свойственен не только людям. Так крысы охотнее помогают тем своим соплеменникам, которые в предыдущих опытах помогали им самим, по сравнению с теми, кто отказался помочь или чья репутация неизвестна подопытному индивиду (Rutte, Taborsky, 2008. The influence of social experience on cooperative behaviour of rats (Rattus norvegicus): direct vs generalised reciprocity).

[7]Mischel, Walter; Ebbesen, Ebbe B.; Raskoff Zeiss, Antonette (1972). "Cognitive and attentional mechanisms in delay of gratification.". Journal of Personality and Social Psychology 21 (2): 204–218. doi:10.1037/h0032198. ISSN 0022-3514. PMID 5010404.

[8]Иногда Маршмэллоу, чаще печенька, брецель и пр.

[9]Mischel, Walter; Shoda, Yuichi; Rodriguzez, Monica L. (1989). "Delay of gratification in children.". Science 244: 933–938. doi:10.1126/science.2658056.

[10]О роли дофаминергической системы в поведении человека и о том как мы принимаем желание за счастье можно почитать в книге Келли Макгонигал «Сила воли. Как развить и укрепить»

[11]Совсем не значит, что есть связь между интеллектом и религиозностью. Религиозность или восприимчивость, подверженность мозга заражению религиозными иеями – это, похоже, наследуемый и приобретенный человечеством в ходе эволюции признак (Ara Norenzayan, Azim F. Shariff. The Origin and Evolution of Religious Prosociality // Science. 2008. V. 322. P. 58–62). Восприимчивость к религии может быть, как побочным продуктом вообще организации человеческого мышления (Pascal Boyer. Religion: Bound to believe? // Nature. 2008. V. 455. P. 1038–1039) так и полезным эволюционным приобретением: показано, что религиозные сообщества лучше выживали, по сравнению с теми, у которых не было никакой веры. Даже воинствующие атеисты на самом деле во что-то верят и что-то ритуализируют в своей жизни. Хорошую стать на эту тему можно прочесть тут: http://elementy.ru/news/430894

[12]В греческой философии различали следующие основные виды любви: эрос, людус, мания, сторге, прагма, агапе. При этом, эрос, людус и строге более менее соответствуют похоти, влечению и привязанности, а мания, прагма и агапе – «композитные» виды любви. Так агапэ это совокупность эроса и сторге – жертвенная любовь, бескорыстная самоотдача, растворение любящего в заботе о любимом.

[13]Кстати о Ктулху. Любая религия, по сути – сложный, устойчивый к выживанию и размножению мем – вирусная идея, живущая сама по себе и размножающаяся в головах своих приверженцев. Те религии, которые не были способны к размножению или их размножение было неэффективным, не получают поддержки и отмирают. Мы о них ничего не знаем.

[14]На русском языке можно больше почитать в книге «Основы этологии и генетики поведения», авторы: З.А.Зорина, И.И.Полетаева, Ж.И.Резникова

[15]Британский антрополог Робин Данбар заметил зависимость между уровнем развития новой коры больших полушарий головного мозга и размером стаи у приматов. На основании данных по 38 родам приматов он вывел математическую зависимость между развитием неокортекса и размером стаи, и, основываясь на оценке развития человеческого мозга, предложил оценку оптимального размера человеческого стада, ограниченного количеством постоянных социальных связей, которые человек может поддерживать. Поддержание таких связей предполагает знание отличительных черт индивида, его характера, а также социального положения, что требует значительных интеллектуальных способностей. Лежит в диапазоне от 100 до 230, чаще всего считается равным 150.Более подробно: Dunbar, R.I.M. (June 1992). "Neocortex size as a constraint on group size in primates". Journal of Human Evolution 22 (6): 469–493. doi:10.1016/0047-2484(92)90081-J

[16]Изменчивость — разнообразие признаков среди представителей данного вида, а также свойство потомков приобретать отличия от родительских форм. Изменчивость вместе с наследственностью представляют собой два неразрывных свойства живых организмов, являющихся предметом изучения науки генетики.

[17]Легко может передаваться только подражание простому поведению. Если говорить о высшей математике, то передастся может как само желание ее учить так и сама любовь к учебе вообще, но не вся высшая математика целиком.

[18]Невозможности оценки способствует когнитивное искажение, которое называется Эффект Даннинга — Крюгера. Согласно этому эффекту, менее компетентные люди в целом имеют более высокое мнение о собственных способностях, чем это свойственно людям компетентным, которые к тому же склонны предполагать, что окружающие оценивают их способности так же низко, как и они сами.

[19]Хорошим свидетельством в пользу моногамности можно считать отсутствие у людей как анатомических признаков сильной внутривидовой конкуренции: рогов, клыков, огромных семенников так и поведенческих: инфантицид, турниры самцов, высокая агрессивность. C. Owen Lovejoy. Reexamining Human Origins in Light of Ardipithecus ramidus // Science. V. 326. P. 74, 74e1–74e8

[20] Всего 5% видов млекопитающих практикуют моногамность и весьма вероятно, что именно выбор предками людей моногамной сексуальной стратегии сформировал их, отличный от других приматов, внешний облик: двуногость, маленькие клыки, постоянно увеличенная грудь, способность к кооперации ввиду пониженной внутривидовой агрессии. (там же)

[21]Роберт Райт «Моральное животное. Почему мы такие, какие мы есть Новый взгляд эволюционной психологии»

[22]У животных, у которых самки практикуют промискуитет, важную роль в передаче генов приобретает количество спермы, вырабатываемой самцом. Чем больше спермы попадает в самку, тем больше шансов, что гены именно этого самца будут переданы в следующее поколение. Для выработки большого количества спермы необходимо обладать развитыми семенниками. У людей, по сравнению с другими животными, семенники относительно большого размера, но явно меньше, чем, скажем, у шимпанзе или других видов, живущих в состоянии «спермовых войн». Также, человеческая сперма содержит специальные механизмы, блокирующие жизнедеятельность чужих сперматозоидов – эволюционное приобретение, необходимое при промискуитете.

[23]Он описал это в своей книге «Агрессия или так называемое зло»

[24]И это несмотря на то, что женщины женатых мужчин публично отвергают. Однако женатый мужчина, ценящий свой брак всегда будет более привлекательным для женщин по сравнению с женатым и легкомысленным.

[25]Интересно как религии рационализируют это явление. Менструирующая женщина, например, нечиста по Ветхому Завету.

[26]Вероятно, что такой важный с точки зрения эволюции и выживаемости инструмент как острое обоняние, был потерян человеком в ходе полового отбора: самки предпочитали тех самцов, которые «не задавали лишних вопросов» и носили им бананы, будучи неспособными по запаху определить время овуляции. C. Owen Lovejoy. Reexamining Human Origins in Light of Ardipithecus ramidus // Science. V. 326. P. 74, 74e1–74e8.

[27]Последние исследования делают вероятной гипотезу, согласно которой двуногая ходьба возникла у человека также как результат полового отбора: самки ценили тех самцов и «давали» больше тем самцам, которые могли принести им больше пищи, а для этого нужны свободные руки. При этом, с точки зрения выживаемости, удобнее иметь четыре руки и оставлять за собой возможность быстро карабкаться по деревьям. C. Owen Lovejoy. Reexamining Human Origins in Light of Ardipithecus ramidus // Science. V. 326. P. 74, 74e1–74e8.

[28]С эволюционной точки зрения главная проблема морального поведения в том, что общество, основанное на взаимопомощи, чрезвычайно уязвимо для социального паразитизма. Взаимный альтруизм может быть успешной и устойчивой («эволюционно стабильной») стратегией лишь в том случае, если индивиды помнят историю своих взаимоотношений, знают репутацию партнеров, поощряют кооператоров и наказывают обманщиков. Для всего этого нужно обладать достаточной памятью, чтобы помнить своих соплеменников и/или достаточно малым их количеством, чтобы они смогли уместиться в памяти. У людей стратегия «морального» поведения необычайно развилась и усложнилась, породив множество хитроумных надстроек — от товарно-денежных отношений до «золотого правила» (поступай с другими так же, как хочешь, чтобы поступали с тобой). Кроме того, репутация у нас стала самостоятельной ценностью, ради которой люди готовы идти на значительные жертвы.

[29]Интересно, что объем мозга современного человека заметно меньше объема мозга его биологических предков – кроманьонцев и неандертальцев. Более подробно в статье Дробышевского С. В. «Глупеем ли мы? О причинах уменьшения мозга.». http://antropogenez.ru/article/493/

[30]Казалось бы, самка не должна хотеть для своих потомков генетический материал не альфа-самца. Но похотливая самка бабуина спаривается с другим самцом потому, что если конкретно этот самец оказался хитрее альфы, то ее детеныши тоже будут хитрее альфы. Ведь стать альфой - шансов мало, а надурить альфу шансов много.

[31]Measuring paternal discrepancy and its public health consequences. Mark A Bellis, Karen Hughes, Sara Hughes, John R Ashton. J Epidemiol Community Health 2005;59:749-754 doi:10.1136/jech.2005.036517

[32]Ряд других исследований и данных, появившихся в связи с практикой трансплантации органов и переливания крови, длинный список которых тут приводить просто неуместно, указывают на цифры от 8% до 20%

[33]Разумеется, все зависит от социальной прослойки. Вряд ли читатель этой книги принадлежит к тем слоям общества, которые, собственно, и формируют печальную статистику абортариев.

[34]Если Джонс выстрелит в Смита, а не в воздух, то, в следующий раз, его очередь стрелять в Смита наступит, в любом случае, после выстрелов Смита и Брауна. Если Джонс позволит Смиту убить Брауна, то Браун не будет уже стрелять в Джонса и Джонс получает второй выстрел ничем не рискуя. Если же Джонс выстрелит в Брауна, то очередного выстрела Смита он не переживет в любом случае.

[35]Несмотря на официальную мифологию становления СССР, его героической индустриализации и т.п., СССР не имел никаких экономических, человеческих и ресурсных преимуществ ни перед Германией, ни, тем более, перед США или Британской Империей.

[36]До нападении германии на СССР, Советский союз выступал союзником Германии во II Мировой войне. 17 сентября 1939 года СССР напал на Польшу и оккупировал половину ее территории.